Отогнать мысль он уже не успел – машина остановилась.
Иван Андреевич взглянул в боковое окно и сердце пропустило удар. Теперь сомнений не было никаких. Небольшая, метра 4 в высоту, с четко выделяющимися углами, стояла пирамида, можно было даже близко не подходить, а уже писать заявку на получение, наверно, каждой награды, уж Archeology Awards точно. Никакое фото не могло передать однозначности рукотворного творения, древностью которого так и тянуло.
Скоропадский глубоко вздохнул несколько раз, чтобы унять волнение и, пытаясь сохранять внешнее спокойствие, вышел из машины.
Основная экспедиционная группа прибудет только через два дня, но и до этого можно заняться хотя бы внешним изучением. Опытный археолог никогда не боялся грязной работы, и ни на что бы не променял волнующее чувство прикосновения к истории. Но сначала разгрузиться, пообщаться с руководством охраны и, тогда уже, можно приступить к работе.
Тут неожиданностей не было. И уже вечерело. Быстро распаковались, поставили палатки, немного посидели у костра и отправились спать, чтобы завтра как можно раньше приступить к работе.
Ночь на природе прекрасна, да и день был выматывающий, поэтому группа заснула быстро. Утром Иван Андреевич проснулся от шума лагеря, запаха костра, громкого людского говора. Вот и началась работа! Утренний чай из котелка и старый археолог взялся за дело. Забыв про обед, он аккуратно счищал наросший за тысячи лет слой перегнивших в землю листьев, иголок, мха, с пиететом истинного поклонника своего ремесла, открывая древние камни с необычными иероглифами, с замиранием сердца отходил на несколько метров от открывшихся тайн, чтобы рассмотреть и сделать фото. Прервался ученый лишь ближе к вечеру, когда недалеко стал слышен шум подъезжающих машин. Это прибыла основная группа для изучения этой необычной находки. Обустройство прошло довольно буднично и уже утром, закипела настоящая работа. Через несколько дней древнее строение уже было максимально возможно изучено снаружи, очищен от лесных наростов и снят на фото каждый сантиметр поверхности. Идеально подогнанные камни, почему-то не тронутые временем, как будто изготовленные только вчера, были полностью покрыты неизвестными иероглифами и символами совершенно чужого алфавита, а может быть это и не алфавит - на изучение материалов уйдут в лучшем случае годы. И вот основные работы снаружи были завершены. На радиопросвете внутри нашли пустоты, уходящие под землю, а значит это, скорее всего, не просто сложенная из камней пирамида, а что-то носящее былую функциональность, на манер египетских или тибетских усыпальниц. И что-то похожее на вход было найдено, пара блоков немного отличались от общей монолитной картины, как будто были установлены после завершения стройки и были не настолько герметичны как основная конструкция и мох, прорастая глубину, образовал прямоугольник, хорошо заметный при очистке. Полюбовавшись на результат трудов, усталые, но довольные, археологи расселись у костра, чтобы спокойно поесть, обсудить сегодняшний день и отдохнуть перед завтрашними работами. Для каждого это было очень волнующим мероприятием. После еды, уже расположившись с кружками ароматного и крепкого чая, Иван Андреевич вспомнил, что не они не успели взять образец камня, чтобы после в лаборатории детально изучить возраст и происхождение этой крепкой породы. Можно было сделать это и завтра, но спать все равно не хотелось, и оставив сотрудников отдыхать, он достал инструменты и отправился к пирамиде.
Было еще относительно светло, поэтому он без дополнительного освещения стал заниматься своим делом, а именно осторожно спиливать небольшой кусочек камня, прямо у предполагаемого входа. Камень поддавался очень тяжело, и всё же дорогой алмазный резак с натугой, но цели достиг. Убрав образец в небольшой контейнер, ученый слегка провел пальцем по срезу. Острый край, словно бритва оставил глубокий порез, который Иван Андреевич заметил, уже шагая к своей палатке. А на камне остались капли крови. Если бы кто-то ночью решил пристально посмотреть на вход, то заметил бы странное зрелище, капля крови, словно ртутный шарик медленно, но уверенно двигалась по высеченным в камне письменам, оставляя за собой вместо красных разводов, едва заметное даже в сумерках, матовое свечение. Лагерь укладывался спать, только пара человек из охраны остались бодрствовать, чтобы в случае чего отогнать любопытное зверьё, заглянувшее на соблазнительный запах еды. Но сторожам до пирамиды не было дела, присев у костра, молодые парни решили скрасить свою нелегкую службу приобретенным в местной деревне самогоном. И незаметно расслабившись от теплого костра и таёжного чистого воздуха уснули.