– А сколько времени это займет?
– Недолго. Долго. Не надо спорить, надо просто решить когда. Отправлять его зимой нельзя, он сразу умрет. И котики умрут. Но мы можем его отправить. Не можем. Мы тебя будем учить двадцать восемь дней. Или тридцать. Двадцать восемь, но сегодняшний день считать не будем, ему нужно восполнить утрату соли. Отдыхай, завтра начнем учебу.
– А что мне нужно будет делать?
– Ничего. Мы будем нужные знания прямо в тебя чувствовать. А еще его нужно будет защитить от. Да, займись этим тоже. Тебе давать сейчас готовую еду или ты будешь готовить ее сам?
– Пожалуй, сам: готовая, как я понимаю, будет без соли.
– Мы приготовим сырое мясо. Что-то еще нужно?
– Да, пожалуй, траву, которую я там собирал… разную, я точно еще не знаю, что буду использовать. Ну и огонь.
– Он сзади тебя, и там же дерево для того, чтобы его поддерживать. Тут нет яркого солнца, но иногда мы будем переносить уже готовый. И покорми котиков! Они уже голодные…
Жизнь вторая. Знакомство с миром
Жизнь в этой… в этом пространстве была несколько необычной. То есть никто меня ничему на самом деле не учил, и даже со мной никто не общался. Словами не общался. Но, похоже, все же то, что я говорил, они (или он, или оно – этого я так и не понял) слышали. И периодически выполняли мои просьбы. Я поначалу не поверил, что они на самом деле не могут изготовить копии чего угодно, но почему-то дней через пять я просто уже знал что да, не могут. А еще я знал, что они как-то могут «вытащить из прошлого» отдельные предметы, которые у меня с собой были. Но не когда угодно были, а в определенные моменты: они в принципе в любых количествах могли «вытаскивать из прошлого» все, что было со мной в момент первого здесь появления (потому что этот «момент» они «поместили» в какой-то «стасис» – так как считали, что забрали они меня «неправильно» и теперь думали как мне «компенсировать причиненные неудобства». А вот то, что у меня появлялось после этого (например, уже после моего «первого посещения Земли»), они могли «выдергивать» в какие-то одним им известные моменты, и выдергивать по одному лишь разу. Так что вскоре у меня здесь было уже пара десятков мисок из нержавейки, куча китайских ножей, корм для котиков в любых количествах и молоко. И с десяток лотков, а так же очень много переносок. На самом деле переноски мне были целиком вообще не нужны, но в них на дне были съемные коврики из флиса, так что я коврики снимал, а сами переноски кидал в место, где «все пропадало». Ну в из ковриков я себе сшил что-то вроде нормального одеяла…
То есть сначала мне пришлось сделать иголку, и сделал я ее из своего ножа. Один «экземпляр» я аккуратно разобрал (то есть как-то смог разломать), а затем напильничком из неразломанного ножа сточил весь «лишний» металл с лезвия разломанного. В нем же отверстие уже было, там, где ось лезвия проходила – а самому в железяке ушко иглы я уж точно проделать не смог бы, вот и пришлось иглу делать столь экзотическим образом. Но иголку я сделал (примерно неделю на нее потратил) и лоскутки флиса сшил в одно одеялко.
«Хозяева» локации периодически подкидывали мне разные игрушки, точнее не мне, а все же котикам. Причем я догадался, как они это проделали: неведомым образом они заставили меня сделать из двух лотков что-то вроде террариума, закрываемого решетчатой крышкой (я детали «устройства» склеивал пленкой с экранов многочисленных телефонов), и когда я с этим покончил, в «террариуме» как-то появились лягушки. Три штуки – но я знал, что их трогать вообще нельзя, их – пока они не сдохли – как-то «перетаскивали из прошлого» на открытое пространство на радость зверикам. Лягушки в «террариуме» продержались пару недель, а когда им пришел закономерный конец (никто не знал, чем их кормить можно), то и снаружи они закончились: я «знал», что наружу их вытаскивают прямо из лотков, но из времени, «закончившегося минуты три назад». И знал, что часто такое трюк проделать просто невозможно.
С мясом, которое мне периодически на обед доставалось, картина была несколько повеселее: для меня появлялись одни и те же куски (причем небольшие, грамм по пятьдесят), но если я тут же их не хватал, то минут через двадцать кусков становилось сначала два, затем четыре и в конце концов восемь – но на этом и тиражирование антрекотов заканчивалось до следующего дня. Не совсем, я отдельно засек: мясом меня подкармливали с интервалом в двадцать девять часов с копейками.
А еще примерно через пару недель в «месте, где все пропадает», перестали пропадать пустые молочные бутылки – и я теперь их не выкидывал, а тщательно мыл и откладывал в сторонку. Сначала просто откладывал, закрывая крышками – но еще через пару дней мне, похоже, «прочувствовали», что бутылки нужны сухие – и я перед тем, как их закрывать, еще и сушил. То есть они сами сохли, очень быстро сохли…