– Насколько неприлично? – завороженно спросила Катька. Она слушала Дамира, как Шахерезаду, рассказывающую сказку.
– Порядочно. Закатывал истерики, кричал, что он сейчас так приготовит, что мы обалдеем. Портил продукты, конечно же. Однажды подрался с гостями и персоналом, после этого я его и уволил. Я предпочитаю иметь дело со своими, но поваров-адыгов не так много в Москве, как может показаться. Нанимаю тех, кто профессионал в своем деле и готов работать, а среди шефов много творческих личностей в худшем значении сего выражения. Вот ты творческий человек – в лучшем. – Дамир чуть подался вперед. – А бывает другое. Люди говорят, что они гении и их никто не понимает, что им мало платят, никто не ценит и у них много своих идей авторской кухни, а заставляют пышки лепить. Конечно, в большинстве случаев управляющие справлялись сами, я о многих неприятностях узнавал уже после того, как они случались и вопрос решался. Но я тоже не сижу сложа руки. Это не в моих привычках. Общаюсь с администрацией районов, организовываем вечера для ветеранов и прочие мероприятия. С налоговой говорю, с другими представителями власти – есть вопросы, которые управляющий сам решить не в состоянии. Может показаться, что это скучно, но когда твое дело и есть ты сам, то даже рутина становится в радость.
Катька кивнула: это она понимала. Игорь иногда спрашивал у нее, не скучно ли ей рисовать сотни набросков, ведь это практически повторение одного и того же! И, кажется, не верил, когда Катька говорила – нет, не скучно. Как это может наскучить, когда в этом и есть ты?
– Это очень интересно.
– Ты спросила – я ответил. – Дамир пожал плечами. – Но пора отведать местные блюда. Вправду ли мой друг заполучил одного из лучших московских шефов или пустил пыль в глаза?..
На Катькин неизощренный вкус, еда была отличная. Дамир тоже похвалил повара, но сдержанно: то ли не очень понравилось, то ли изобретенные шефом соусы не нашли отклика в черкесском сердце, поди разбери. Катька разомлела, пила уже третью чашку кофе и с тоской поглядывала на пустую плошку из-под мороженого. К счастью, Дамир все понял правильно и заказал еще порцию.
– Позволь спросить, – заговорил Шагдетов, дождавшись, пока Катька полакомится. – Как ты себя чувствуешь?
– В смысле?
– Твой дедушка покинул нас совсем недавно. Он много говорил о тебе. Говорил, какая ты замечательная. Жаль, что он не познакомил нас раньше. Думаю, ты очень любила его и переживаешь. Потому и спрашиваю, как чувствуешь себя.
Катька сглотнула. Этот вопрос ей никто не задавал настолько искренне. Игорь интересовался, конечно, однако с Игорем это была скорее формальность. Климанский и Мария Михайловна личными вопросами Катьке не докучали. А Шагдетов вот спросил.
– Я… нормально, наверное… – Катька вдруг призналась Дамиру в том, о чем никому не говорила: – Жутко непонятно и несправедливо. Еще коты эти. Дед в них души не чаял, а я… Может, даже ревную немного, он на них в последний год уйму времени тратил. Я все думаю: стоило с ним чаще встречаться, в поездках его сопровождать, общаться. У меня же больше нет никого. А у него были я и коты. И мне их теперь рисовать, и я немного чувствую себя виноватой перед дедом, что не люблю их так, как он.
– Всего лишь немного?
– Ладно, ладно, постоянно чувствую! Я очень взбалмошная личность, Дамир. У меня ветер в голове и в мыслях. И любить нормально я, видимо, не умею, и с чувствами у меня проблемы.
– Судя по тому, как ты рисуешь, – медленно произнес Шагдетов, – нет у тебя никаких проблем.
– А вдруг я просто талантливо притворяюсь?
– Скажи, Катерина, тебе мое угощение понравилось? У меня в «Дефтере»?
– Конечно! Еще спрашиваешь!
– Могла бы ты подозревать, что шеф-повар притворялся?
– Я… – Она осеклась, поняв, к чему клонит Дамир. – Но это ведь разные вещи! Можно хорошо делать и любить свою работу, а есть отношения между людьми…
– Нет. – Дамир покачал головой. – Это одно и то же. Люди, коты, еда. Может, у тебя где-то любовь забуксовала, наткнулась на препятствие, и ты его не замечаешь, но это не значит, что ты черствая корка хлеба. Смотрела «Звездные войны»? Великая Сила – она повсюду.
Катька захохотала.
Нет ничего прекраснее, чем теплым летним днем сидеть на веранде хорошего ресторана, слушать шелест листьев в парке, поглядывать на реку, а черкес с глазами, бездонными как Марианская впадина, напоминает тебе о заветах магистра Йоды.
– Во что я вляпалась, – пробормотала Катька, отсмеявшись.
– Не знаю, – сказал Дамир. – А во что ты вляпалась?