— Дромоны, — сказал Бородин, будто подслушав его мысли. — Военно-торговые. Быстроходнее купеческих, но груза берут хорошо. У них вёсел по два ряда, видите? Нижний сейчас убран.
Корабли приближались медленно, тяжело разворачиваясь к берегу. Прошёл час, второй. Солнце поднялось выше, начало припекать. Под кольчугой Сергей взмок. Железо нагрелось так, что через рубаху жгло плечи. Он стоял не двигаясь, только время от времени подносил к глазам бинокль. Его воинство маялось рядом, но держалось — никто не ныл.
Наконец ближний корабль подошёл на дистанцию выстрела. Максимов опустил бинокль.
— Дронов! Пли!
Камни ушли с крыши один за другим. Свист, всплески — все легли в опасной близости от ближнего корабля. Вода вскипела, окатила борт. На палубе забегали, кто-то замахал руками. Парус начал спускаться — тяжёлое белое полотнище поползло вниз, складываясь складками. Корабль остановился. Следом замерли остальные.
Спустили шлюпку. Шестеро гребцов взялись за вёсла, на носу встал человек в длинном светлом плаще. Шлюпка пошла к берегу.
Сергей опустил бинокль и повернулся к своим.
— Пошли.
Они спустились с крыши, вышли к воде. Встали вдоль берега — пятеро гигантов в кольчугах и Сергей впереди. Мечи в ножнах, топоры на плечах, пистолеты за поясами под плащами. Карабины решили не брать чтобы не путать гостей.
Шлюпка ткнулась носом в песок. Двое гребцов спрыгнули в воду, подталкивая её к берегу. Остальные подняли вёсла.
Главный вышел первым. Высокий, сухощавый, с аккуратной тёмной бородой, подстриженной клином. Одет не так, как варяги, и не так, как славянские купцы. Длинная туника до колен, крашенная в густо-синий. Поверх — светлый плащ, застёгнутый на плече серебряной заколкой с какой-то фигуркой. На ногах — мягкие кожаные сапоги с отворотами. На поясе — небольшой кинжал в ножнах, явно не боевой, а скорее знак статуса. За ним вышел второй, попроще одетый, но тоже в тунике, только серой и без плаща. Остальные остались в лодке.
Главный подошёл ближе, замер, явно испугавшись, но быстро взял себя в руки, и заговорил нараспев, мягко, на совсем непонятном языке. языке,
Сергей молча смотрел на него. По лицам гостей он видел: им страшно. Они, наверняка, предполагали встретить варягов, судя по драккару у берега. Но явно не таких.
Главный замолчал, перекрестился, потом медленно, стараясь не делать резких движений, достал из-под плаща кожаный кошель и протянул вперёд.
Сергей принял, развязал, высыпал на ладонь несколько монет. Серебро, но совсем не такое, как в прошлый раз. Тонкие, ровные кружки с чёткой чеканкой. На одной стороне — профиль императора в короне, на другой — крест на ступенях и надпись по кругу непонятными буквами. Сергей прикинул на руке — грамм сто пятьдесят, не меньше. Вдвое против того, что дали славяне.
Главный говорил и говорил, но Сергей не понимал ни слова. Отдельные звуки казались смутно знакомыми, но смысл ускользал полностью. Впрочем, главное было ясно без перевода: грек сам смекнул, что за проход по реке надо платить. Сообразительный. И напуганный — вон как смотрит на девятиэтажку, задрав голову. И на воинство Сергеево — пятерых гигантов в кольчугах, замерших вдоль берега. Чистые тати. Не дипломаты, а разбойничья засада. Сергей мысленно усмехнулся: если так пойдёт и дальше, можно вообще ничего не говорить — только стоять и принимать плату.
Он взвесил кошель в ладони, кивнул, сделал жест рукой — открытая ладонь от себя в сторону реки: проходите. Главный выдохнул, перекрестился и попятился. У самой кромки воды развернулся, забрался в лодку. Гребцы налегли на вёсла. Шлюпка пошла обратно к дромону. Сергей проводил её взглядом.
— И чего он? — прогудел Нурлан за спиной. — Даже не поторговался.
— А ты бы стал? — не оборачиваясь, ответил Сергей. — На его месте?
Нурлан хмыкнул. За него ответил Вадим:
— Я б ещё доплатил, чтоб меня не трогали.
Мужики заржали. Сергей сунул кошель за пояс и пошёл к генералу. На ходу обернулся, глянул на корабли — те уже разворачивались, тяжело загребая вёслами, входя в устье реки. Первый контакт с иноязычными представителями состоялся. Теперь слово за Анной. Пусть скажет, что это за корабли, что за монеты и с кем они только что разминулись.
Генерал ждал Сергея на краю обрыва, там, где асфальт сходил на нет. А вокруг уже собралась толпа — женщины, дети, старики, человек пятьдесят, не меньше. Все смотрели на реку, где три корабля медленно втягивались в устье.