Сергей поднялся, тяжело дыша. Кольчуга звенела при каждом шаге, пот заливал глаза. Он остановился перед генералом, вытянулся.
— Докладывайте.
Сергей протянул кошель.
— Вот. Сами за проход заплатили, я даже не просил.
Максимов взял кошель, развязал, высыпал монеты на ладонь. Прищурился.
— Что говорили?
— Ни слова не понял, товарищ генерал.
— А монеты? Сам, говоришь, отдал?
— Сам. Будто знал, что от него хотят.
Генерал хмыкнул, подбросил монеты на ладони. Потом завертел головой, высматривая кого-то в толпе. Народу и правда высыпало много — весь дом, казалось, вышел поглазеть на заморские корабли.
— Анна! — гаркнул Максимов. — Подойдите.
Она протиснулась между людьми, подошла быстро, кивнула Сергею. Генерал протянул ей монету.
— Что скажете?
Анна взяла монету, повертела в пальцах, поднесла ближе к глазам.
— Милиарисий. Византийское серебро. На аверсе — император, судя по короне — кто-то из Македонской династии. Василий Второй или, может, Роман. На реверсе — крест на ступенях и надпись «Иисус Христос побеждает». Ходовая монета, ходит по всему Чёрному морю и дальше. Греки, сомнений нет.
— Греки, — повторил Максимов, убирая трубку в карман. — Тогда ответьте мне, Анна: куда они плывут? Где Греция, а где мы? Что они тут делают?
Анна вернула монету, обвела взглядом горизонт, реку, степь за ней.
— Греция — там, — она махнула рукой на юго-запад. — Но это не та Греция, которую мы знаем. Сейчас — а если это десятый век — существует Византийская империя. Константинополь, Херсонес в Крыму, фемы на побережье. А мы на перекрёстке торговых путей. Греки везут товары с юга — масло, вино, ткани. Идут на север, вверх по реке, в славянские земли или в Хазарию. Меняют там на меха, воск, зерно. Это главный маршрут через Чёрное море.
Максимов слушал, склонив голову набок. Потом кивнул.
— Значит, клиенты постоянные. Это хорошо.
Он ссыпал монеты обратно в кошель, протянул Сергею.
— Отдашь в общий котёл. А вы, Анна, вы мне потом подробно расскажете про эту их Византию. Кто там у них главный, чего боятся, с кем воюют. Всё, что знаете.
Анна кивнула. Генерал развернулся к толпе и зычно объявил:
— Отбой! Расходитесь!
Толпа загудела, начала рассасываться. Сергей стянул с головы подшлемник, вытер мокрый лоб. Анна, проходя мимо, коснулась его рукава.
— Я зайду вечером, нам нужно дополнить регламент.
Сергей кивнул, глядя, как она уходит. Потом повернулся к реке. Корабли уже скрывались за излучиной, уходя вверх по течению.
Глава 6
План
Вечером того же дня генерал снова собрал офицеров. На этот раз в квартире Максимова было теснее — пригласили нескольких гражданских. Анна сидела у окна, положив тетрадь на колени. Рядом с ней — пожилой мужчина в выцветшей рубахе, которого Сергей раньше видел у костров, но не знал, и ещё двое из второго подъезда. Петров расставил табуретки, Вера Степановна подала чайник с кипятком и ушла на кухню.
Максимов встал, привычно упёрся кулаками в стол.
— Вопросов много, все важные. Начнём с главного — снабжения. Чем кормить вверенное подразделение, — он так и сказал, «вверенное подразделение», и Сергей усмехнулся про себя. — Кто у нас за огороды?
Пожилой гражданский поднялся. Представился — Иванушкин Ростислав Густавич, агроном на пенсии.
— Докладываю. У подножья горы, на западном склоне, вспахали полосу. Почва — супесь, гумуса маловато, но для первого года сойдёт. Пахали мотоплугом — у Коноваловых на балконе стоял, слава богу. Вспахали сорок соток. Посадили картошку, что смогли, собрали у жителей. Пшеницу — с полмешка, для подкормки птиц держали. Укропа насажали, лука, петрушки. Так же огурцы, помидоры, кабачки — все семена из моих домашних запасов. И виноград — я лично хотел саженцы на участок свой отвезти, да не довёз.
— Виноград? — генерал поднял бровь. — Добро. Значит, и вино своё будет. Когда урожай?
Семён Ильич развёл руками.
— Картошка — к осени. Зелень — через пару недель. Овощи месяца два, два с половиной. Огурцы пораньше. Злаки — в конце лета, если не сгорит, их ведь не наполиваешься. Виноград — года через три. Это если всё пойдёт как надо. Воду с реки носим, но надо бы канаву прорыть, чтобы самотёком шла. И людей бы побольше на это направление выделить, а то нас всего пятеро.
— Петров, дай людей, — Максимов чиркнул что-то в планшете. — Дальше.
Тут как раз Вера Степановна внесла чайник, расставила кружки. Сергей взял свою, глотнул. Чай был горячий, сладковатый — сахар у генерала пока имелся в достатке. Все пили молча, наслаждаясь. Потом Максимов постучал трубкой.