«До нас им ещё идти и идти, — подумал Сергей. — И если это налёт, то демонстрировать свою готовность загодя — идея так себе. Зачем им было обряжаться в доспехи за семь километров от цели? Чтобы мы успели подготовиться? Глупо». Он перевёл бинокль дальше, за корабли, вглядываясь в горизонт. Что-то там было. Какие-то тёмные точки, размытые утренней дымкой. Может, показалось?
Генерал наконец оторвался от телескопа, разогнулся, потёр глаз. Сергей тут же спросил:
— Разрешите глянуть, товарищ генерал?
Максимов кивнул, отодвинулся. Сергей припал к окуляру. Изображение здесь было куда чётче — телескоп давал увеличение, какого бинокль и близко дать не мог. Он чуть сместил трубу выше, за силуэты греков, и замер.
Драккары. Много драккаров. Они шли широким полумесяцем, растянувшись по горизонту. Сергей начал считать — раз, два, три, четыре, пять, шесть — потом чуть тронул телескоп, беря левее, и насчитал ещё пять штук. Одиннадцать боевых кораблей как минимум, а может и больше, но остальные терялись в дымке.
Вот тебе и ответ. Греки не нападали. Греки уходили. А драккары их догоняли. И курс у всей этой армады был — прямо на девятиэтажку.
Сергей оторвался от окуляра, выпрямился.
— Товарищ генерал, гляньте.
Максимов наклонился к телескопу, долго смотрел, молчал. Потом хмыкнул, выпрямился и сунул трубку в рот.
— Нормально так. Одиннадцать штук. Кажется, у нас сегодня будут гости.
Паники не было. Азарт, нетерпение — этого хватало. Девятиэтажники уже знали, что к чему, и были готовы.
Дронов тем временем отдал команду на установку камнемётов по заранее пристрелянным координатам. Камни в дефиците не были, и за эти недели артиллеристы так натренировались, что назубок знали, куда и когда бить. Дистанция триста метров — натяжение четыре оборота. Двести — три оборота. Поправка на ветер, на течение, на скорость цели. Всё было выверено, записано, заученно.
Промахи конечно будут, потому как попасть в движущуюся цель из «древнего» орудия, даже такую крупную как драккар — сложно. Но Сергей надеялся что удача сегодня будет на из стороне.
Ну и на всякий случай, — если всё же что-то пойдёт не так, — у них есть огнестрел. На пару таких атак точно хватит. Три десятка ружей и карабинов, по сотне патронов на ствол — это сила, против которой не попрёшь.
Единственная реальная опасность — луки. Но варяги их не особо жаловали, предпочитая разогнаться, сблизиться и рубить мечом или топором. Как говорили умные книги, лук для них — оружие слабых, годное только для охоты. В бою они полагались на ярость и сталь.
Место Сергея и его «витязей» при таких атаках было внизу, на утёсе, на самом краю — там, где их будет видно. В богатых доспехах, огромные, они нужны были не столько для обороны, сколько для внушения. Нападающим — страха, защитникам — уверенности. Даже рыбаки, глядя на них, успокаивались, видя, что стоят вои девятиэтажные, не боятся.
Сергей, конечно, хотел быть наверху, на крыше. Отсюда обзор лучше, и интереснее в целом. Смотреть, как камни уходят в море, как зажигалки чертят огненные дуги, — в этом был свой азарт. Но дисциплина есть дисциплина. Он в последний раз глянул в бинокль — греки уже подходили к устью, драккары висели у них на хвосте, — и двинулся вниз, к своим.
Вадим, Нурлан, Цой, Артём, Магомед — все уже стояли на краю обрыва, у восточного подъёма. В полном облачении, с мечами, топорами, булавами. Кольчуги блестели на солнце, плащи развевались на ветру. Сергей занял своё место впереди, поправил перевязь, положил ладонь на рукоять меча. Он знал: снизу, от воды, они смотрятся весьма внушительно, особенно когда солнце низкое, закатное или рассветное, вот как сейчас.
Время шло, и греческие корабли приблизились настолько, что люди на палубах стали видны невооружённым глазом. Сергей смотрел, как они доворачивают, чтобы зайти в устье реки. Медленно и величаво, рассекая воду высокими носами с нарисованными глазами, корабли проплывали мимо девятиэтажки. Ему даже показалось, что, зайдя в реку, люди на палубе как-то успокоились. Кто-то опустил щит, кто-то перестал вглядываться в море и теперь разглядывал каменную крепость.
Сергей поднял бинокль и перевёл взгляд на варягов. Драккары замедлились. Он явственно видел, как вёсла перестали вспенивать воду, как носовые фигуры драконов качнулись на волне и замерли. Испугались? Вполне возможно. Одно дело — догонять греков, и совсем другое — соваться в устье, над которым нависает каменная громада с торчащими на крыше камнемётами. Слухи о «крепости, извергающей огонь», вполне могли дойти и до них.