— Бессмысленно, — покачал головой Сергей. — Те, кто забрал пушки, наверняка знают, что это такое. А если знают — значит, у них было время подготовиться, и они либо схоронились где-нибудь, либо уже далеко отсюда.
Дронов, всё это время молча крутивший в пальцах сухую травинку, хрустнул ею и бросил на стол.
— По пути взять их не могли, — сказал он твёрдо. — Ни один чужой корабль не подошёл бы к ним близко. Парни из расчётов опытные, знают, что к чему, да и боекомплекта у них хватило бы от десятка дромонов отбиться.
Генерал обвёл всех взглядом и, помолчав, спросил в лоб:
— Ну и что будем делать?
Дронов пожал плечами. Бородин, напротив, подался вперёд и снова, уже с нажимом, повторил:
— Я считаю что надо прочёсывать побережье, если хоть какой-то след остался — найдём.
Сергей покачал головой:
— Повторяю, искать бесполезно, да они и сами скоро вылезут. Нам же урок на будущее, оружием таким не разбрасываться, а если и перевозить — то только под серьезной охраной.
Генерал помолчал, покрутил в пальцах потухшую трубку и кивнул:
— Значит, так. Бородин — прочесать побережье, но сделать это нужно тихо и без огласки. Сергей — готовься к путешествию, заикнулся про охрану, вот значит сам и повезешь пушки князю. Усвоил?
— Так точно, товарищ генерал!
Глава 6
Херсонес
Подготовка заняла два дня. Состав эскадры с грузом новых пушек был небольшим. Галеас «Зоркий», драккар и шлюп-разведчик. И не потому, что кораблей не хватало — как раз наоборот, флот после всех трофеев разросся так, что Бородин едва успевал набирать команды. Но Сергей не хотел толпы, рассчитывая взять людей только проверенных.
За каждого матроса и бойца он, конечно, поручиться не мог. Но опирался на мнение тех, кому верил. Бабкинцы — как абордажная команда, и экипажи из ходивших в Константинополь.
Пушек в этот раз взяли столько же, но зарядов на треть больше. Сергей не знал, чем руководствовался генерал, отдавая такой приказ, Максимов с ним не советовался, но наверняка была какая-то причина.
Бородин тем временем собирал свою экспедицию. Галеас «Варяг» и четыре драккара — достаточно, чтобы прочесать побережье, но не настолько много, чтобы это выглядело как карательная операция. Кроме прочесывания, он решил использовать как приманку взятый в последнем рейде пиратский самбук. На вёсла посадили пленных пиратов, скованных цепью по двое. Команду набрали из самых лихих «Владимирцев», и никаких пушек, дабы не отпугнуть возможную добычу.
У Сергея же капитаном флагмана был подводник Гаврилов. Ворчливый, дотошный, он проверял каждую мелочь лично — от крепления пушек до запаса пресной воды.
Артиллеристов набирал сам Дронов. Все они были из местных, но уже достаточно опытные. Пушкари и пищальщики теперь стояли на самой высокой ступеньке в негласной иерархии поселения. Стать артиллеристом было не просто престижно — это был пропуск в элиту, в круг тех, от кого зависела жизнь всех остальных. Неофициальный табель о рангах, сложившийся сам собой, ставил их выше даже многих дружинников. Потому что мечом мог махать каждый первый, а вот понять процесс огнестрела, — единицы.
Девятиэтажников в эскадре было всего трое: сам Сергей, капитан Гаврилов и напросившийся в поход Колян. Дронов ушёл с Бородиным — посчитал, что там будет нужнее. В конце концов, прочёсывать побережье и ловить на живца — это не просто посылку доставить, тут опытный артиллерист не помешает, а Сергею хватит и тех пушкарей, что были на «Зорком».
Отплыли рано утром, едва рассвело. Ветер дул попутный, Сергей с Коляном, по обыкновению, стояли на корме, глядя на отдаляющийся берег. Белая коробка девятиэтажки на обрыве, медный купол церкви, дымки над посадом — всё это медленно таяло в утренней дымке.
Колян докурил самокрутку, щелчком отправил окурок за борт и вдруг, понизив голос, словно речь шла о чём-то запретном, достал из-под плаща Магомедовский пистолет.
— Глянь, — он довольно оскалился, и явно гордясь собой, добавил, видимо забыв, как эта штука называется — Мага «Пеперони» дал потестить.
Сергей наморщил лоб.
— Пепер… перперди… — он тоже не смог вспомнить. — Да ну тебя. Если придётся шмалять этой штукой, значит, наши дела совсем плохи.
Он не преувеличивал. Как оружие последнего шанса у них обоих были пистолеты с полными обоймами — у Сергея «беретта», у Коляна «глок». И если уж дело дойдёт до того, что придётся хвататься за стволы, — значит, бой проигран, дистанция потеряна и враг уже на борту. А этого Сергей допускать не собирался.