— За стол, — продолжал князь, беря Сергея под руку. — Все за столы! Живо! Пир в честь победителей!
Костры уже разгорелись. Пламя стояло стеной, и жар от них ощущался даже в стороне. Запах был невыносим — горелое мясо, смола, палёная шерсть. Трупы принесённых в жертву не убрали. Они лежали тут же, у костров, в неестественных позах, и никто не обращал на них внимания. Воины рассаживались за сколоченными наспех столами, стучали кружками, рвали жареное мясо руками.
Сергей шёл рядом с князем, чувствуя, как к горлу подступает тошнота, но не подавал виду. Праздник есть праздник. Здесь это было вполне естественно.
Однако долго сидеть Сергей не стал. Отбрехался как-то, сослался на усталость, на то, что с утра, мол, опять в седло. Владимир не удерживал — хлопнул напоследок по спине, сунул в руку кубок, но Сергей поставил его на стол и ушёл.
Артём остался. Да и пожелай он покинуть пиршество его бы не выпустили. Он теперь был героем: сидел без рубахи, и демонстрируя татуировки в свете костра, отвечал на бесконечные вопросы и постоянно пил с кем-то. Но, ему это, кажется, даже нравилось.
Сергей добрался до приготовленного шатра, упал на шкуры и отключился.
Проснулся оттого, что кто-то тряс его за плечо. В шатре было темно, но голос он узнал сразу. Это был Владимир.
Сергей сел, взъерошил волосы. Голова гудела, во рту было гадко. Он поднялся, накинул плащ, вышел наружу. Небо на востоке уже серело. Погребальные костры ещё дымили, пахло горелым мясом и падалью. На краю лагеря строилась колонна: всадники, пешие, телеги. Всё приходило в движение.
Сергей прополоскал рот водой из фляги, выплюнул, плеснул в лицо. Ему уже подводили коня. Он залез в седло, разобрал поводья и шагом направился к своим телегам, где расчёты проверяли постромки и укладывали зарядные ящики.
Зарядов хватало. Если считать такие стычки, как вчерашняя, — на пару точно. Но вот после второй драки придётся возвращаться в Новороссийск и объяснять генералу, почему так вышло, куда делись пушки и зачем вообще он втянул князя в эту войну.
Отвлекаясь от неприятных мыслей, он проехал вдоль готовых к транспортировке орудий, в который раз отмечая что телега это не то, что нужно. По-хорошему, надо ставить сами орудия на колёса, вместе с лафетами, чтобы не снимать, не таскать, не терять время. И это реально. Но не сейчас и не здесь. Все мощности девятиэтажки заняты, и люди там, поди, не прохлаждаются.
Спереди прогудел рог, подавая сигнал к началу движения. Колонна стронулась не сразу — сначала головные десятки, потом, по цепочке, зашевелились остальные. Скрипнули телеги, качнулись копья, всадники тронули коней. Сергей пристроился у батареи, придержал коня, оглянулся. Длинная, изломанная лента войска потянулась на восток, к холмам. Пыль ещё не поднялась — земля была сырой после ночного дождя, — но судя по поднимающемуся солнцу и чистому небу, всё ещё будет.
Где-то через час неспешного передвижения, за который Сергей успел даже задремать в седле, подъехал Владимир.
Он был свеж, весел и вообще жизнерадостен. Конь под ним шёл ходко, плащ развевался, и весь его вид говорил о том, что утро для него задалось. На шее у князя по-прежнему висел бинокль. Он то и дело прикладывался к нему, оглядывал окрестности и прятал обратно, не позволяя никому даже дотронуться.
— Ну что, воевода, как настроение? — спросил он, поравнявшись.
Сергей зевнул.
— Спать хочется.
Владимир хохотнул.
— Ничего, на том свете отоспишься. Нас ждут великие дела!
Сергей покосился на него. Князь так лихо запоминал все понравившиеся выражения, что такой памяти можно было только позавидовать.
Владимир заговорил снова, уже серьезнее:
— Впереди, в половине дня пути, есть селище. Там остановимся на ночёвку.
Сергей кивнул.
— А что за селище?
— Обычное. Рыбаки да пахари. — князь обернулся, поднес к глазам бинокль. — Когда-то там даже порт небольшой был с торговищем, только что-то у них не заладилось. Домов немного, но думаю, места нам хватит, чтобы в поле бока не морозить. А то что-то отвык я уже от долгих путешествий, комфорта хочется.
Но комфорта не случилось.
Подъезжая, они ещё издали увидели стоящий над невысоким холмом за излучиной дым. Разведчики вернулись, доложив что селение сожжено.
Владимир дал команду на остановку, и распорядился осмотреться получше, чтобы не попасть в засаду. Сергей вызвался пойти с разведкой. Гуннар, когда услышал, просто кивнул, соглашаясь. Никакой вражды Сергей не почувствовал.