– Кьюби всегда со мной, – и улыбка идиота. – А это точно? А то я расстроюсь, начну плакать, рыжий меня утешит и предложит как-нибудь пошутить, а я с горя послушаюсь…
– Всё! Наруто, молчи! Я понял! – перебил меня мученик по воспитательной работе. – Иди наверх, я скоро присоединюсь.
– Получил втык от начальства? – сочувственно поинтересовался Саске, когда я поднялся на балкон, впрочем, не скрывая при этом ехидной улыбки.
– И не говори… Наш командир – настоящий монстр, обещался заставить меня вслух перечитать всю серию романов «Приди-приди Рай» перед нашими девушками, – упомянутые девушки резко покраснели и уставились на меня широко раскрытыми испуганными глазами. Видимо, про содержимое этих романов было известно не только ученикам Какаши. Какое продвинутое нынче поколение, однако, и чему учат детей в аристократических семьях?
– Н-дааа… Где, говоришь, лежат твои талоны в Ичираку? – задумчиво рассматривая пылающую от смущения Сакуру, поинтересовался Учиха.
– Эй-эй! Ты это, совесть имей. Я не собираюсь делать себе сэппуку, – возмущённо взвыл я, внутренне ухохатываясь.
– Н-да? Ты сильный человек, – вздохнул Саске, отворачиваясь и пряча улыбку. Вот же язва желудка, научил на свою голову.
– А какое отношение имеет сэппуку к талонам в Ичираку? – захлопала глазами удивлённая Ино. Стоящие рядом Шикамару, Чоуджи, Киба и Хината тоже навострили уши, а Сакура ещё гуще покраснела.
– Ну… – я мечтательно улыбнулся, игнорируя умоляющий взгляд Харуно. – Это случилось в Стране Волн, мы с Саске условились, что если один из на…
– НАРУТО! – крик Сакуры заставил всех слушателей вздрогнуть. – Это касается только нашей команды! Не смей ничего говорить! – девушка тяжело дышала, при этом пылала, как переспелый помидор, и смотрела на меня со смесью ярости и мольбы.
– Ладно-ладно, Сакура-тян, не злись так. Я вообще клон, порядковый номер 17, настоящий Наруто сейчас в Конохе рамен кушает, – замотал я руками. Очередное массовое офегение, нет, с этим пора кончать, а то свои зашибут, в целях укрепления душевного равновесия. – Шутка, – вот теперь точно зашибут, одна Хината, прелесть, меня любит, да Саске внутренне посмеивается, а остальные так и видят, как размазывают меня по полу арены.
Через минуту к нам присоединился Какаши, опять выпендревшись и прибыв к нам на балкон на полном ускорении, так, что для всех, кроме меня и Саске, он появился прямо из воздуха. Хокаге вместе с Анко и Ибики, а также несколькими другими инструкторами разместились на противоположном балконе, ближе к стене с экранами. При этом примерно половина инструкторов вышла за двери.
– Так, мы готовы начинать, – произнесла в микрофон Анко. – Посмотрели вот на это табло, – один из экранов загорелся. – На нём будут показываться случайные пары бойцов. Итак, объявляем первую пару, – на экране начали, как в рулетке, театрально мелькать имена, весь зал, замерев, следил за результатом. Наконец мельтешение прекратилось, и табло высветило первую пару:
– «Узумаки Наруто против Акадо Ёрой».
Вот так, значит. Я перевёл взгляд на парня с тёмными моноклями в глазах и паранджой на лице, он как раз был на противоположном балконе. Похоже, организаторы учли мой демарш и дали мне противника, с которым я вообще не общался. Так сказать, во избежание.
– Ну что, Наруто, повезло тебе, это не девушка и не твой друг, так что иди, – подбодрил меня Какаши, усмехаясь глазом.
– Удачи, Наруто-кун, – смущённо улыбнулась Хината.
– Хм… – усмехнулся. – Спасибо, Хината-тян. Саске, зри в оба, может, у этого парня будут интересные техники. А я не стану валить его быстро, чтобы ты всё хорошо рассмотрел.
– Иди уже, болтун, – хмыкнул в ответ брюнет.
Я послал ободряющую улыбку Сакуре и Хинате, подпрыгнул спиной назад, сделал сальто и приземлился на арене. Ёрой уже был тут, спустившись, пока мы болтали.
– Итак, прошу участников выйти вперёд, – рефери-туберкулёзник стоял по центру арены и поманил нас. – Первая битва, Акадо Ёрой против Узумаки Наруто, готовы?
– Да, – одновременно ответили мы.
– Итак… Начали!
Ёрой сразу сложил печать концентрации, его правая рука окуталась прозрачным облаком чакры, а второй рукой он метнул в меня три сюрикена. К этому моменту я уже разогнал чакру в организме и сумел поймать два сюрикена правой рукой, а от третьего уклонился, слегка наклонив голову. Сюрикены вошли в ладонь почти до самой кости, но раны уже начали зарастать, и наружу крови почти не пролилось. Не теряя времени, Ёрой метнулся ко мне и, видя мою неподвижность, схватил меня за голову. Тут бы мне и следовало врезать ему по глупо открытому причинному месту, но я остался неподвижно стоять, чувствуя, как нагло высасывают мою чакру. Ощущение было, мягко говоря, неприятным – тело парализовывало, мышцы сводило судорогой, к горлу поднималась тошнота. Ёрой, похоже, уже уверился в лёгкой победе и второй рукой просто зажал мою правую руку, моя левая рука при этом оставалась свободной.