– Наруто! Как поживает Хината-тян? – улыбка Копипаста стала ещё ехидней.
– Две секунды!
– Ладно, ладно! Сдаюсь! Извини, был неправ! Я просто радуюсь за своего ученика, – в притворном ужасе замахал руками этот фанат творчества Джирайи.
– Эээх… – тяжело вздохнул я, глядя на этого клоуна. – Что-то случилось?
– Да, тебя хочет видеть Хокаге, и чем скорее, тем лучше, – мгновенно стал серьёзным Какаши.
– Ясно.
Кабинет Хокаге с моего последнего визита, когда я «признался» в сотрудничестве с Кьюби, совершенно не изменился. Хирузен всё так же курил свой пропитанный чакрой табак, всё так же на стене висели портреты предыдущих Хокаге, да и сам я стоял в точности на том же месте, что и в прошлый раз.
– Наруто, ты знаешь, почему я тебя позвал? – выдохнув очередную порцию дыма, прервал тишину Сарутоби.
– Думаю, причин несколько, но сейчас речь пойдёт о Карин, верно? – копируя улыбку Минато, с лёгким прищуром ответил я.
– Да, ты прав, – Хирузен сделал вид, что не заметил моего сходства с Четвёртым. – Ты понимаешь, чем нам грозит принятие её в деревню?
– Да. Если мы заявим о её переходе официально, то максимум мелким дипломатическим скандалом. А если проведём всё тихо, то ничем, ну, за исключением появления в Конохе нового многообещающего шиноби, – и лёгкая улыбка.
Сарутоби вздохнул.
– Наруто, украсть шиноби другой деревни во время проведения экзамена чунинов, да ещё и будучи принимающей стороной… – Хирузен грустно посмотрел на меня. – И почему ты считаешь, что всё будет так просто?
– А с чего травникам возмущаться и обострять отношения с одной из великих деревень? – беспечно пожимаю плечами. – Команда Карин мертва, живой её после второго этапа сопровождающие из Травы ещё не видели. Да и кто она для них? Генин, проваливший экзамен и потерявший товарищей, у которого за душой ничего нет – ни родственников, ни друзей. Боевые показатели низкие, улучшенного генома нет, обычная сирота без перспектив. Ссориться из-за неё с Конохой? Я вас умоляю. Мы вон из-за наследницы сильнейшего клана, когда на руках были все доказательства и далеко не рядовой свидетель, ругаться с Облаком не захотели, – я презрительно скривился. – Так с какого перепугу травники начнут кипиш поднимать? Только если мы сами громогласно обо всём сообщим, тем самым показательно вытерев о них ноги, шиноби Травы будут вынуждены как-то отреагировать, а если всё будет тихо-мирно, они даже внимания не обратят на пропажу, – Сарутоби многозначительно хмыкнул и, повернувшись в кресле так, что его взгляд упал на портреты прежних Хокаге, затянулся. Смотрел он, как несложно догадаться, на портрет Минато.
– Признаю, ты прав, – спустя минуту раздумий прервал он тишину. – Но есть и другая проблема… – Хирузен опять замолчал, не отрывая взгляда от лица Четвёртого и задумчиво попыхивая трубкой.
– Клан Узумаки, точнее, моё желание его возродить?
– Верно, – старик поправил шляпу и уставился на меня тяжёлым взглядом. – Клан Узумаки в своё время был одним из сильнейших и наиболее уважаемых, особенно у нас, в Конохе. Став официальным главой клана Узумаки, ты автоматически получаешь право на место в совете кланов, и это может многим не понравиться, – Сарутоби сделал паузу и глубоко затянулся, вновь переведя взгляд на портреты. – И дело даже не в том, что ты генин и очень молод, проблема в том, что ты ещё и джинчурики… – Хирузен, не поворачиваясь, скосил взгляд на меня, наблюдая за моей реакцией. Вдобавок ко всему, внутренне он весь сжался, готовясь к самым неприятным последствиям. Ведь, фактически, он только что открыл мне настоящую причину моего «счастливого» детства. А после таких откровений реакция может последовать крайне негативная. Рисковый мужик, уважаю. Впрочем, всё правильно, ведь лучше рассказать всё самому, пока «Наруто» сам не пришёл к тем же выводам.
– Полагаю, по этой же причине я жил в приюте? – от моего вопроса Хокаге внутренне похолодел. Но ответил твёрдо.
– Наруто. То, что я тебе сейчас расскажу, не должно выйти из этого кабинета, – прямой, немигающий взгляд в глаза. – После гибели твоих родителей тебя хотели взять на воспитание в клан Учиха. Микото Учиха, супруга главы клана и мать твоего друга Саске, была очень дружна с Кушиной, и первые две недели после нападения Лиса ты прожил у них. Но остальные кланы и старейшины испугались чрезмерного усиления Учих за счёт джинчурики и в результате забрали тебя у Микото. И честно говоря, я этому не препятствовал. В тот момент складывалась очень опасная ситуация, к тому же существовали определённые факты, заставляющие нас не доверять Учихам. За высвобождением Девятихвостого и смертью твоей матери, а также моей жены, которая принимала у неё роды, стоял кто-то обладающий шаринганом, об этом мне успел сообщить умирающий Минато, так что доверить Учихам его сына мы просто не могли, – в кабинете повисла тишина, от напряжения Хирузена едва стёкла на окнах не звенели.