Сакура, увидев, что я очнулся, радостно улыбнулась, а заметив, как у меня пропадает печать, её улыбка стала ещё шире. Переведя взгляд на Саске, я заметил, что с него была снята бандана, а на лбу лежал кусок мокрой материи.
– Как он?
– Дыхание вроде выровнялось, но у него всё равно сильный жар. Наруто-кун, ты сможешь ему помочь?
– Постараюсь, но убрать печать вряд ли получится, у меня внутри есть чакра Кьюби, и моё тело к ней уже привыкло, так что свою печать я просто выжег, а вот с Саске такое вряд ли пройдёт, чакра Лиса очень разрушительна и на организм действует как сильный яд и одновременно кислота.
Я ещё раз присмотрелся к Саске и понял, что ощущаю его печать, причём весьма отчётливо. Положив на неё руку, я попытался вытянуть чакру Орочимару. Тело Учихи выгнулось дугой, и я прекратил. Ну что ж, как и ожидалось, простым это дело не будет.
Рядом с печатью всё ещё оставались отверстия от клыков, однако уже закупорившиеся, недолго думая, я полоснул себе по ладони кунаем и вонзил его в отверстия рядом с печатью у Саске. Сакура в ужасе вскрикнула, но кунай вошёл неглубоко, и, вынув его, я приложил к ране свою окровавленную руку. Моя кровь должна хоть в какой-то мере позволить использовать чакру Кьюби, вдобавок можно попробовать заменить мутаген и чакру Орочимару своими кровью и чакрой. В этом мире я ещё ни разу не использовал свои псионические способности, только эмпатию, да и то полученную от Кьюби. Дело в том, что как псионик я не достиг уровня чистого разума, другими словами, мне нужен был мозг с соответствующими способностями. А с нуля его перестроить, да ещё и осознанно… Никогда этим не занимался и рисковать не хочу. Другое дело, что внутри собственного разума и внутреннего мира я мог всё. Да, я лишился возможности проникать в чужой разум и воздействовать им на мир, но сейчас у меня был шанс немного сжульничать. У меня была проклятая печать, настроенная на Саске, у Саске тоже была проклятая печать, вдобавок, я сейчас смешивал свою кровь с его. В общем, мне удалось установить ментальный канал, и я проник в разум своего друга.
Интересная картина. Залитая светом пустота, посреди которой стоят два Саске, один взрослый, другой совсем мальчишка. У мальчишки из глаз текут слёзы, и он что-то невнятно причитает. Мысли взрослого Саске разносятся эхом в этом пространстве, но только в моём восприятии.
«Кто это?» – Саске ничего не понимает, его разум в смятении.
Причитания его молодой копии становятся громче:
– Мама… Папа… Почему их убили? – ментальные щупы устремляются к настоящему Саске, но он ничего не видит.
«Это я в детстве?» – защита сознания начинает поддаваться программе Орочимару.
– Да, слабые ничего не могут сделать. Я был слаб… Поэтому мой клан стёрли с лица земли… – залитую светом пустоту сменяют картины залитого кровью квартала, тела соседей, лужи крови, разбросанное оружие. – И все погибли… – лежащие друг на друге родители, проткнутые насквозь катаной. – Нет… Ты! Ты дал им умереть! Ты просто смотрел… – картины уничтожения клана, показанные Итачи с помощью Цукиёми. – Если бы ты был сильнее…
– Ну всё, хватит! – я наконец пробился непосредственно к сознанию Саске и оборвал опутавшие его ментальной сетью нити.
– Наруто?!
– Не кричи так, твои мысли здесь и так слишком громкие. Я сейчас, один момент, – поворачиваюсь к созданному Орочимару фантому, который так и не обратил на моё появление внимания, продолжая что-то бормотать, но из-за оборванных нитей его слова оставались беззвучны. С моей руки срывается струя Сумеречного Пламени и за секунды полностью поглощает ментального паразита. – Ну вот и всё, теперь можно поговорить.
– Наруто, что ты здесь делаешь? И где мы?
– В твоём сознании, разумеется, а тут я благодаря тому, что, закрывая тебя, получил такую же печать, и тому, что сейчас вливаю в тебя свою кровь. Ну и, конечно, навыки общения с Кьюби в своём внутреннем мире помогли.
– Что это было? Я сейчас…
– Видел далеко не лучшие моменты своей жизни, я тоже. Это была ментальная программа в проклятой печати, поставленной Орочимару, цель, как я понял, в том, чтобы ты рано или поздно разочаровался в Конохе и пришёл обучаться к нему.