– Да молчу я, молчу, – отвечаю ему в тон, отворачиваясь от Хинаты. – Но видят Ками, эта деревня делает всё, чтобы усложнить мне задачу оставаться в рамках приличия.
Как и ожидалось, наш разговор тут же привлёк внимание кучи ребят с излишне большими ушами, но как-то на него отреагировать они не успели, так как из динамиков раздался властный голос главного экзаменатора:
– Время вышло. Всем отложить свои тесты. Начинается вторая часть письменного этапа, – генины на экранах тут же зашевелились, обращаясь в слух, да и их наставники переключили внимание с разборок на слова Ибики. Последний, к слову, и не думал давать кому-то время прийти в себя. – Вопрос: ваша команда на задании, и враг вас заметил. Чтобы сбросить «хвост», один член команды остаётся в роли приманки. Кто это сделает? Тот, кто в роли приманки, непременно умрёт. Напишите ответ на обратной стороне листка. Чтобы перейти на следующий этап экзамена, все члены команды должны дать одинаковый ответ. А участник, имя которого напишет вся команда, будет считаться мёртвым и вылетит с экзамена. У вас есть три минуты. Начали, – щелчок – и только что истёкший таймер начинает новый обратный отсчёт.
То же время, Деймос из клана Фуума.
– Ну вот и всё, – расслабленно откидываюсь на спинку сиденья, уже представляя себе, как мой оригинал может прокомментировать такое задание.
– М? – вопросительно хмыкнула моя оранжевоглазая соседка.
– М? – вернул я ей хмык.
– М-м-м… – на меня подозрительно сморщили носик.
– Хм-м? – с заметной хитринкой во взгляде вопросительно вскидываю бровь.
– Хм-м-м-м… – оранжевые глазки начали сверлить меня с укором и скрытой опасностью.
– Хо, – выпускаю на лицо улыбку.
– Ну и ладно! – Фуу резко отвернулась и «обиженно» сцепила руки на груди.
– У меня не очень хорошо с чтением мыслей. Почему на мой вопрос, в какой ресторан пойдём, ты начала хмуриться?
– Ась?! – глазками так хлоп-хлоп.
– Ну ты же предложила сходить куда-нибудь, вот я и поинтересовался «куда», а ты сразу ругаться, – выпускаю на лицо самую обаятельную улыбку из своего арсенала.
– Не правда! Я про вопрос спрашивала! – аж нависла надо мной джинчурики.
– А-а-а… – краем глаза отмечаю, как нас старательно пытаются не слушать. – Ну, случись такая ситуация в реальности, прикрывать отход остался бы я, – пожимаю плечами, предварительно понизив голос, чтобы слышать меня могла только Фуу. – Но это же экзамен в Конохе, а у них на этот счёт своя философия, – на самом деле, не такая уж и своя — жизнь опытного шиноби в любой адекватной деревне стоит намного больше, чем выполнение коммерческого контракта. Наёмники не сражаются до последней капли крови, они сражаются за деньги, а мертвецам деньги не нужны. Другое дело, что в расклад часто вмешиваются личные амбиции, недооценка противника, а то и старые счёты, так что на деле отступают ниндзя далеко не всегда, когда могут. Да и миссии, выполнение которых стоит потерянных жизней, во всём мире принято ставить отдельно от остальных, это миссии особого приоритета, где вариант «отказаться ради жизни товарищей» вообще никак не подразумевается, ибо за такое спасение товарищей тебя твоя же деревня и линчует. На этом-то Коноха и играет, акцентируя внимание на смерти и тем самым вызывая у гостей ложные ассоциации, формально не указывая, что миссия такого рода, но заставляя и без того стрессующих генинов думать именно о ней, что приводит к неверным ответам.
– Ты бы остался умирать? – тоже понизив голос и серьёзно на меня посмотрев, свела бровки девушка.
– Лучше это буду я, чем Кагеро или Сасаме, да и выжить у меня больше шансов, всё-таки реальная жизнь – это не условия задачи на экзамене. Но давай не будем об этом — чувствую, мне и без того влетит по шее, – потираю означенную часть организма, покосившись на таймер в углу аудитории.
– Да уж, ты тут хорошо наговорил, – просияла улыбкой эта оранжевоглазая няшка. После чего распласталась на спинке сидения в точности как я. Или тоже всё сообразила, или решила пока взять пример — внутри она сразу стала очень сосредоточенной, так что, вероятнее всего, активно зашевелила шестерёнками.
Так или иначе, вскоре три минуты истекли, и двери в аудиторию открылись. Фуу так и не решилась ничего написать, хотя под конец и начала слегка покусывать губку в напряжении.