Девушка выронила полотенце. Она не пыталась нас остановить. Гортей открыл дверь шире и обошел девушку. Мы последовали за ним. А она так и осталась стоять спиной к нам, с разинутым ртом.
По всему дому валялись пустые бутылки. Даже интересно, где он берет столько денег. Ведь алкоголь в стекле требует большой суммы. За стекло. Не исключено, что черт использует деньги девушек. Или ворует. Иногда моя нога натыкалась на женское нижнее белье. Трудно вообразить, как живет мой искуситель. Он не работает, но окружен девушками и алкоголем. Он пьет, потому что не боится смерти.
– Да уж, а я-то думал, что Алексатру не переплюнуть по бардаку, – сказал Сеир, пиная носком ботинка рубашку.
Демонесса не ответила. Она вообще подозрительно много молчала, видно, все еще находясь мыслями в Ньяде.
Мы прошли в гостиную. Здесь, развалившись в кресле, сидел незнакомец, читая книгу в яркой обложке. Он посмотрел на нас удивленным взглядом и прикрыл книгу, подложив палец на нужной странице.
– Черт, кажется, здесь целую секту собрал, – заметил я.
– Ниортан? – парень встал с кресла.
Его взгляд блуждал от одного к другому, на секунду задержался на Садрин, а потом метнулся ко мне.
– Это я, Аод, – сказал он.
– Отлично, одной проблемой меньше! – сказал Сеир.
Вот сейчас я себя конкретно предателем почувствовал.
– Кто все эти люди? Ты привел стражу? – он посмотрел на Аарона, который почему-то все еще был с нами.
– Нет, – сказал я, чувствуя, что бледнею.
– Мы пришли, дабы покарать твою душу грешную! – включил актера Сеир. Видно, его забавляло, что Аод не может нас узнать. Ведь какой бы внешний вид архангел на себя ни примерял, его узнавали с полуслова. А тут, в теле, все немножко иначе.
– Один из них демон, – сказала девушка.
Мы все разом обернулись к ней. Она уже была одета в простенькое платье и выглядывала из коридора. Заметив столь пристальное внимание к себе, она убежала, громко топая босыми ногами по деревянному полу.
– Черт! – крикнул Аод, метнувшись к окну.
Не знаю, выругался ли он, или таким образом позвал черта. Интересно, каково, когда все тебя называют ругательным словом?
Гортей большими шагами преодолел гостиную и, пока Аод возился со ставнями, спокойно стоял рядом и наблюдал.
– Позови его громче, единица. Он тебя не услышал, – сказал Гортей.
Даже в человеческом теле его голос был столь же пугающим, как и всегда. Я почувствовал, как холодеют кончики пальцев. Но разве мог я не подчиниться и не привести их сюда? Разве был у меня другой выбор, кроме как подставить друзей? Может, и был, да только я не думал об этом. Мне и в голову не приходило, что хотя бы черт с Аодом могут избежать встречи с Богом, если я сумею заранее их предупредить.
Аод замер. Наверное, он понял, кто из присутствующих демон.
– Черт, выходи! – крикнул Сеир и рассмеялся на всю комнату.
Я как будто провалился сквозь землю.
– Не стоит так кричать. Я здесь, – сказал черт, входя в гостиную.
– Какой ты у нас, оказывается, смелый, – немного разочарованно заметил Сеир.
– Это не смелость, – сказал черт. – Я ждал вас. Я знал, что рано или поздно мое торжество закончится. И вот вы все здесь.
Он обвел нас взглядом, на секунду задержавшись на мне. Я почувствовал желание умереть прямо сейчас.
– Вы здесь. И что вы собираетесь делать, уважаемые руководители Ньяда и Рьяда? Уничтожение меня ничего вам не даст. Люди уже знают. Начало положено.
Я услышал, как ангел тихонько вздохнул.
– Ну, что же ты так грустно? – спросил Сеир. – Почему сразу уничтожение? Нет, дружок, слишком было бы просто.
– И что же вы намерены со мной сделать?
Я заметил краем глаза, что Аод потихоньку вылезает в окно. Надеюсь, что у него все получится.
– Мы – ничего, – сказал Гортей, когда Сеир уже открыл рот, чтобы ответить. – Бог решит твою судьбу.
– Вот еще не хватало! – черт всплеснул руками.
– Напарник, – сказал ангел, – повинуйся. Другого выбора просто не существует.
– В конце концов, – напомнила о себе Садрин, – ты не можешь воевать с Богом.
Гортей поймал Аода за руку, когда тот уже перелез на улицу и собрался рвануть подальше отсюда.
– Он не любит конкурентов, – напомнил хранитель.
Эти слова я уже слышал ранее. Только вот не помню, кто их сказал.
– Хорошо. Я не собирался с ним воевать и становиться конкурентом. Я только хотел, чтобы у меня появились собственные воспоминания о человеческой жизни.
– Хотел побыть человеком, – вставил Аарон.
Все посмотрели на него, как будто вспоминая, что здесь присутствует некто, кто вряд ли понимает происходящее.
– Кстати, человек, – сказал Сеир. – Гортей, уберешь?