– Я могу убить тебя прямо сейчас, – говорил Сеир, улыбаясь на свой привычный манер. – Но разве это будет интересно?
Он развернул нож, осторожно, будто боясь самого металла, взялся за лезвие и протянул напарнику.
– Я предлагаю тебе поединок. Выясним, наконец, кто же из нас сильнейший!
Чую, намечается что-то страшное.
– Сильнейший? – Гортей распрямился. – Ты думаешь, что поединок в физических телах что-то решит? В конце концов, мы будем использовать не нашу силу.
– Моей гордыне будет на это плевать в случае победы. Проигравший умрет. Ну, а победитель, соответственно, убьет себя сам.
– Какой же ты несерьезный. Зачем устраивать такие представления?
– Возьми нож, – сказал Сеир. – И выбери оружие для меня.
Гортей нож принял.
– За кого болеем? – спросил Аод.
Мне все равно. Раньше, может, я болел бы за Гортея, но теперь, после того как архангел позволил мне встретиться с сестрой… Мне все равно.
Гортей открыл тумбочку. Там лежало множество ножей разной величины. В конце концов, тот человек, которого убил черт, был пекарем, и его кухонная утварь соответствовала стандартам любого другого работника в этой профессии.
Я ожидал, что демон выберет равноценное оружие. Ну, или по логике что-то не столь острое, чем будет драться сам. Но когда он протянул напарнику огромный нож-топорик, предназначенный скорее для мяса, чем для хлеба, мы все разом застыли.
– Господи… – воззвала Садрин. Но тут же закусила губу.
Архангел недобро улыбнулся. Он принял нож, наслюнявил палец и провел им по режущей кромке. Толстая капля крови появилась на едва заметной полоске пореза.
– Как самонадеянно, – выдохнул Сеир. – Ну, что же, защищайся!
Он махнул топориком, метя в шею. Гортей пошатнулся, но успел подставить нож. Они скрестили лезвия. Нож Гортея по весу уступал топорику Сеира. Демону пришлось второй рукой жать на обух, только чтобы держать ножи скрещенными.
И вдруг Сеир упал. Я не понял, что произошло. Гортей наступил на его запястье. Архангел скривился и выпустил нож из руки. Демон пнул его в сторону, подальше от напарника.
– Что произошло? – спросил я.
– Гортей дал ему пяткой в колено, – сказала Садрин.
И только сейчас я заметил, как горят ее глаза. Может, она ничего и не помнит о своей старой жизни в роли демонессы, но зато она не потеряла чувства.
Гортей склонился над поверженным архангелом и приставил нож к его шее.
– Стой, – сказал Сеир.
Его глаза широко распахнулись. Гортей плашмя надавил ножом на подбородок напарника. Тот задрал голову и почти не двигался. Я заметил, что его грудь вздымается часто и сильно. А на его лице застыл… испуг? Архангел был бледен. Даже губы стали синюшного оттенка, как будто он уже и без ножа собрался откинуть копыта. Дышал он ртом. По его шее тонкой струйкой потекла кровь. Демон не спешил. Он сделал небольшой надрез – повредил только верхние слои кожи. Грудь Сеира застыла без движений. Он перестал дышать.
Черт смеялся мне на ухо, почти глуша.
– Подожди, Гортей, – быстро тараторил Сеир.
Он взялся за рукав демона, пытаясь противиться смерти. Его руки трясло, как в горячке.
– Уговор есть уговор, – сказал Гортей.
– Нет! Ты не понял. Я не боюсь смерти. Я же знаю, что будет после, чего бояться?
– Много треплешься.
Гортей чуть нажал на нож.
– Стой! Стой же! Если я умру сейчас, они увидят мое лицо!
Гортей на секунду замер, а после отнял нож от шеи напарника.
– Это весомый аргумент, – сказал демон.
Он расправил плечи и отошел к окну. Сеир помедлил, провел рукой по окровавленной шее и после тоже поднялся. Он взял с пола нож-топорик для рубки мяса, сжал его в руке и пошел к напарнику.
– Только быстро, – сказал Гортей.
– Меня ты быстро убивать не хотел… Ну, ладно, на то я и архангел, чтобы быть милосердным.
Знаем мы его милосердие…
Черт снова рассмеялся, когда Сеир своим топориком перерезал горло Гортею. Демон не сразу вылетел из тела. Сначала он потерял сознание и немножко полежал, только потом оказался рядом. Черт его не боялся. Ну, или просто делал вид, что не боится. Гортей ему ничего не сказал, ничего ему и не сделал. Нет, его целью почему-то стал Аод.
– Сеир, встретимся у Вассила, – сказал Гортей.
Он подлетел к Аоду и приложил ладонь к его лбу.
– Ты что там удумал?! – прикрикнул Сеир.
Демон не ответил. Я увидел, как зажмурился Аод. Он зашипел от боли, не в силах ее контролировать, скривился, но не сопротивлялся воле демона. Крови не было. Когда Гортей убрал руку, я едва удержался на месте. Лоб Аода был чистым.