Глаза Брэкстона слегка расширяются, прежде чем он говорит:
— Ты думаешь, есть шанс, что тебе это приснилось? Мне однажды снилась мама, через много лет после того, как умерла.
— Я не знаю. Может быть. Но всё казалось таким реальным, — сердцем я хочу верить, что это был больше, чем просто сон. Такое ощущение, что я узнала такую часть бабушки и дедушки, которую не знала даже прежняя я, и это приносит мне ощущение покоя. — Откуда мне было знать, что она пела дедушке?
— Этому у меня нет объяснения, Джем. Может, тебе рассказывали эту историю в детстве.
Я пожимаю плечами.
— Возможно.
— Если тебя это как-то утешит, мой сон о маме казался реалистичным. И меня это успокоило.
— Верить, что бабушка приходила ко мне, тоже меня успокаивает.
Он тянется через центральную консоль и кладёт руку мне на ногу, что придаёт мне уверенности.
— Тогда это всё, что имеет значение, Джем.
Его слова вызывают у меня улыбку, хотя всего через несколько мгновений моё настроение портится, когда звонит телефон Брэкстона, и я слушаю сообщение, оставленное на его голосовой почте.
«Привет, Брэкстон. Это Диана, — я сразу же задумываюсь, кто она такая. — Просто проверяю, как идут дела с Беллой-Роуз. Вы двое недавно, казалось, действительно сошлись. Если сможешь перезвонить мне, когда выдастся шанс, будет отлично».
— Белла-Роуз? — у меня так много вопросов, но это всё, что мне удаётся произнести.
Его глаза кратко переключаются на меня, прежде чем сосредоточиться обратно на дороге.
— Мне было одиноко без тебя, — тихо произносит он, и моё сердце падает.
Я знаю, что сама держу его на расстоянии вытянутой руки, но слышать его слова так больно. У меня тут же развивается неприязнь к Белле-Роуз, кем бы она ни была.
Я благодарна, когда мы останавливаемся на парковке реабилитационного центра через несколько минут, потому что я на грани слёз, что глупо. Я думала, чем он занимается в своё свободное время; теперь я знаю.
Моя логичная сторона знает, что с моей стороны не честно ожидать, что он будет ждать, когда я буду готова. Я даже не знаю, буду ли когда-нибудь готова, но сейчас я даже не могу разобрать все эмоции, которые испытываю: боль, грусть, ревность, разочарование и замешательство. За одно краткое мгновение весь мир рухнул вокруг меня.
— Тебе нет смысла оставаться, — говорю я, когда он заглушает двигатель и отстёгивает ремень безопасности. — У меня на сегодня всё равно есть планы.
Он хмурится от моего ответа.
— Всё в порядке. Я могу отвезти тебя куда нужно, когда мы закончим здесь.
— Не нужно, — я даже не могу смотреть ему в глаза, пока тянусь к дверной ручке. — Но спасибо, что подвёз. Хорошего дня.
— Эй, — он тянется и обхватывает ладонью мой локоть. — Всё нормально, Джемма?
Я бросаю на него взгляд через плечо и вижу на его лице замешательство.
— Всё в порядке, — вру я, выдавливая улыбку. — Увидимся позже, ладно?
— Ладно. Я заеду за тобой в пятницу утром, но надеюсь, что увижу тебя до этого, — моя первая мысль: «Я сомневаюсь в этом». — Если тебе что-нибудь понадобится, только позвони.
Я киваю, а затем быстро выхожу из машины и спешу к зданию. Я напишу ему сегодня и дам знать, что отныне буду ездить на приёмы на автобусе.
Проходит два дня, и я никак не связываюсь с Брэкстоном. Ну, он звонил и писал мне несколько раз — вчера даже приходил домой, но я притворилась, что сплю, когда Кристин поднялась в мою комнату — но я игнорировала его на всех фронтах. Я ужасно себя чувствовала из-за этого, но так было легче.
Он перевыполнил свою роль, помогая мне на пути восстановления. Пора его освободить и дать жить жизнью, которую он заслуживает. «Жизнью без меня». Почему от этой мысли мне хочется плакать?
Я слышу шаги по лестнице, так что быстро ложусь и поворачиваюсь к двери спиной. Кристин заметила перемены во мне, и я могу сказать, что она переживает. Я вернулась к своему прежнему способу справляться со всем… спрятавшись от остального мира. Полагаю, всё просто шло слишком быстро. Меня подхватил водоворот событий, прежде чем бросить обратно в реальность, и в процессе этого я пострадала от сильного удара по сердцу.
— Джемма, это я, — слышу я голос Рэйчел с другой стороны двери. — Ты не спишь?
Я переворачиваюсь на спину, прежде чем, наконец, сесть. Её я тоже избегала, но не могу так продолжать. Мне нужно с кем-нибудь поговорить, а она всё, что у меня есть. Обременять Кристин своими проблемами не вариант. В данный момент она сама проходит через слишком многое.