— Мой повелитель готов на это? — спросил он. — Если да, то почему он до сих пор пленен?
— Твой повелитель упрям, как осел! — вздохнула я. — Прошу тебя, Ашарес, отзови своих воинов!
— Вы думаете, это я управляю ими? — снова изумился он. — Ни у кого нет силы поднимать камни, только мой хозяин способен на это. И я тоже подчинен его воле.
Я снова посмотрела в камин, где едва разгорелся слабый огонек. Я услышала едва уловимое дыхание духа пламени, и ощутимо вздрогнула. Похоже, связь с Дерионом позволяет слышать духа огня без рэйкона.
— Передайте мне стрелу, — потребовал бессмертный и протянул руку. — Сейчас.
— Если отдам, у нас с Ха-шииром не будет и шанса, — выпалила со злостью.
Ашарес резко отпустил руку и отвернулся, а затем взглянул на меня так холодно, что я попятилась.
— Я должен забрать, — сказал он низким, вовсе не вежливым тоном.
Его лицо, пересеченное шрамом, исказилось от гнева.
Он резко двинулся на меня и замахнулся мечом, заставив меня закричать от ужаса. Я успела отпрыгнуть, ощутив вибрацию воздуха.
Бессмертный схватил меня за одежду и притянул к себе, поддел острием меча лямку на плече и рывком срезал, заставив колчан упасть на пол.
— Прости, Ашарес… — прошептала я, ударяя мужчину кинжалом в плечо и вынуждая его разжать пальцы.
Бессмертный с недоумением посмотрел на рану, а затем ударил меня по лицу с такой силой, что я упала на пол и задохнулась от жгучей боли. По губам побежала горячая кровь. На мгновение перед глазами все помутилось, и я испугалась, что потеряю сознание.
— Мне жаль, — из голоса бессмертного ушла вся злость. — Теперь я должен доставить вас во дворец. Будет лучше, если вы не станете сопротивляться.
Будет лучше, если ты уберешь от меня руки.
Ашарес молча вынул кинжал из плеча, и наклонился за стрелой.
— Я приму любое ваше наказание, госпожа. Но со временем вы поймете, что у меня не было выбора.
Когда он потянулся к Светочу, я ударила его под колено, пытаясь повалить. И, казалось, Ашарес упадет. Он пошатнулся, но сохранил равновесие.
— Моя госпожа, я не смогу доставить вас во дворец в целостности, если вы не прекратите, — прошептал он, поднимая колчан со стрелой. — Я прошу последний раз.
Но я снова пнула его. Нет, не для того, чтобы навредить. Скорее, чтобы выразить свое отношение к его предложению.
— Моя задача привезти вас туда живой. Я сделаю все, чтобы вы были живы, — монотонно отчеканил он, хватая меня за волосы и волоча по полу к дверям.
Я услышала крик Алема над башней, а затем и протяжный вой Хару.
Ашарес нахмурился.
Он вытащил меня в коридор, схватил за ворот плаща и поставил на ноги к окну, больно впечатав в подоконник. Мы оба повернули головы в тот конец коридора, откуда раздавался топот.
Бессмертный сжал мое запястье — до невозможной боли — положил мою руку на подоконник и прижал к ней лезвие меча. Когда я поняла, что он собирается сделать и осознала в полной мере его слова: «Я сделаю все, чтобы вы были живы» — перестала дышать. Кровь все еще текла по губам и подбородку, и я чувствовала ее металлический привкус во рту.
Когда в коридоре показался Ха-шиир, мне захотелось расплакаться. А когда он увидел меня, окровавленную и дрожащую от страха, а его глаза преисполнились смесью жгучих чувств, я все-таки зарыдала.
Ашарес приподнял лезвие, отставляя на руке тонкую полоску, из которой сразу засочилась кровь. Меч был хладнокровно занесен над моим запястьем.
За Ха-шииром замер Оруэн.
— Что ты делаешь? — закричал он. — Перед тобой королева!
Ашарес ответил невозмутимо:
— Я лишу ее руки, а затем и глаза.
Ха-шиир зарычал, поджав верхнюю губу. Он медленно вытащил топор и прохрипел:
— Отпусти ее!
— Я не могу, — признался Ашарес. — Я должен доставить ее во дворец живой. Это единственное условие. Если понадобится, я отрежу ей даже нос и уши, но выполню приказ, — и он посмотрел на Оруэна. — Ты же понимаешь, я должен.
— Он не может ослушаться, — произнес Оруэн. — И я не могу. Я обязан беречь королеву, как собственную жизнь, — и он взглянул на Ха-шиира. — Мы должны выпустить их.
— Ты рехнулся! — прошипел тот в ответ.
— Там она будет в безопасности.
— До боя часов, — напомнил драгманец, — потом погибнет! Или… — и он снова посмотрел на Ашареса. — Ты придешь за мной, верно?
— Нет, — качнул головой бессмертный. — Мой повелитель желает собственноручно убить тебя, дагор Брогхарна.
— Какая честь!
Я вытерла нос и губы тыльной стороной ладони, ощущая слабость в ногах.