— То есть мы с Ха-шииром умрем?
— Ну, конечно, глупышка.
— А девятое зеркало?
— Забудь о нем, — Эмора вдруг развернулась и уставилась на меня: — Иди-ка сюда!
Я еще раз взглянула на Сирин, которая лежала неподвижно, будто уснув. Темноволосая, юная и красивая она казалась младшей сестрой самой богини. Редко можно встретить такую красоту среди простых смертных.
Когда я подошла к Эморе, она взяла в ладонь мой кулон и повертела его в пальцах.
— Занимательная вещица, — произнесла, растягивая слова и пытливо вглядываясь в сердцевину камня. — Кальбен способен вбирать в себя душу. Отдай мне его.
Я молча сняла подвеску — разве можно спорить с богиней?
— Он прекрасно подойдет к моему наряду, не находишь? — и она надела подвеску и вскинула брови: — Ну, как я тебе?
— Хорошо.
— Жадина. Тебе жалко маленького комплимента? — она укоризненно поцокала языком. — Неужели презираешь меня?
— Нет.
— Ты стала женой Дериона и получила каплю его магии. Ты должна быть счастлива, но ты желаешь большего верно? Как и всякая алчная человеческая душонка.
— Нет.
Она усмехнулась.
— Разве ты не хочешь стать мною, к примеру?
— Мне и собой быть неплохо.
— Ты и правда лгунья, — улыбнулась она. — Но ты хочешь жить.
— Да.
— А для чего тебе эта жизнь? Что ценного в жизни простой горничной из Молберна?
Когда я подавленно смолчала, Эмора рассмеялась.
— Вот видишь, милая, — она потрепала меня по щеке, а затем брезгливо взмахнула пальцами: — Ну и грязная же ты. Сегодня особенный день, а ты вся в крови и ссадинах. Пойди и умойся, а я выберу для тебя платье.
— Зачем?
Эмора закатила глаза.
— Ну не глупая ли дурочка? — вздохнула она так, будто я смертельно ее утомила. — Я же сказала, особенный день. День возмездия. И день краха моих врагов.
Я безропотно поплелась в сторону, куда она указала взмахом пальцев.
Разве так я представляла Эмору? И представляла ли, вообще, что встречусь с ней?
Проклятье действительно незыблемо, или она солгала?
Когда я умылась и взглянула на себя в зеркало, поморщилась от сожаления. Бровь рассечена и опухла, под глазами залегли тени. Я выглядела неважно. Пожалуй, много хуже, чем могла выглядеть полумертвая Сирин, пролежав в гробу две тысячи лет.
Когда я вернулась в спальню, Эмора раскладывала на кровати платья и придирчиво выбирала.
— Все не то… Как же сложно выбрать достойный наряд. Возможно, последний в твоей жизни.
— Что вы собираетесь со мной сделать?
— Мы все немного развлечемся сегодня вечером.
— Я могу уйти из замка?
— И куда же ты собралась? — озадаченно замерла Эмора и развернувшись, сложила на груди руки. — Разве где-то в другом месте веселее, чем со мной?
— У Железного дворца сейчас целая битва.
— Мальчишки любят играть с оружием, — беспечно отозвалась богиня. — Особенно Акар.
— Он сейчас в Алмазном дворце.
— И поделом.
— В клетке.
— Не волнуйся, скоро он будет здесь. Никто не пропустит последний бой часов. Я предвкушаю, как закрутятся события. Поэтому разве не обидно встретить свое будущее в таком виде, — и она указала на мой потрепанный костюм. — О! — она захлопала в ладоши. — Алый! Цвет крови. Надевай.
Когда я, громко сопя, пошла за ширму, Эмора подошла к гробу Сирин.
— Сколько сил мне потребовалось, чтобы сохранить ее тело в первозданном виде, ты даже не представляешь, — и она вздохнула и отерла лоб тыльной стороной ладони, — может, и ее приодеть. Сегодня она повстречает своего любимого. Интересно, узнает ли он ее?
— Тангор? — выглянула я из-за ширмы. — Он тоже будет здесь?
— Появилась бы я, если бы его не было, — хмыкнула Эмора. — Конечно, все должны быть в сборе. Тангор — вообще, главный зритель этого спектакля.
Неужели она сотворила все это из-за мести?
— Не все люди такие, как Сирин, — сказала я из-за ширмы.
Эмора долгое время молчала, а затем рассмеялась.
— И правда, — согласилась она. — Есть те, кто хуже. Ты, например, Тея.
— Я? — просипела я, втискиваясь в платье.
— Да, — я услышала уверенные шаги Эморы, — ты целовалась с моим лучшим любовником, посмев занять мое место в его постели. Ты вышла замуж за моего самого преданного раба и почитателя. Ты склонила моего верного соратника, Борогана, к предательству. Ты принесла сюда душу Сирин… впрочем, за это тебе спасибо.
Ширма отлетела прочь, и я вздрогнула.
Эмора схватила меня за плечо, развернула лицом к стене и принялась шнуровать корсет.