Далеко идти не пришлось. В каких-то сотнях футов впереди тускло отсвечивал металлический корпус.
— Надо же, как легко, — удивился Чейн результатам поиска.
— Легко только отчасти, — заметил Боллард. — Наемникам ничто легко не дается.
Спустя несколько минут Чейн убедился в правоте слов Болларда. Не доходя до корабля, Дайльюлло остановился и посмотрел под ноги чуть в стороне.
Чейн тоже туда устремил взгляд и увидел что-то белое. Кости! Человеческие кости, до блеска отполированные лесными зверями и насекомыми.
— Гарсиа, вы антрополог, — обратился Дайльюлло. — Посмотрите.
Гарсиа подошел и склонился над костями; все ждали его суждения.
— Определенно земные кости, — сказал Гарсиа. Он выглядел взволнованным. — Три землянина. Меня удивляет, что черепа двоих и руки одного совершенно оторваны от скелетов.
—" Животными?
— Не думаю, — ответил Гарсиа и добавил:
— Среди нет ни Эштона, Ни Макгуна. Я знаю форму их черепов.
— Жаль, — пробормотал Боллард. — Если бы мы нашли бесспорные останки Эштона, то без дополнительных хлопот могли бы с ними спокойно отправиться домой и получить кучу денег.
Ничего не сказав, Дайльюлло повел их к кораблю. Перед кораблем он снова остановился. Перед ними лежала новая груда костей. По-видимому, они принадлежали двум людям, но были так перемешаны, что было трудно сказать с определенностью. Не только черепа, но три руки и одна нога были оторваны и лежали на некотором расстоянии от скелетов.
Чейн спокойно наблюдал, как Гарсиа исследовал останки. Он повидал очень много смертей и эта сцена не производила на него впечатления. Стоявшая же рядом Врея напряженно смотрела на кости.
Гарсиа снова отрицательно покачал головой:
— Еще два земных экземпляра, но ни Эштон, ни Макгун.
Шлюзовая дверь корабля была широко распахнута. Внутри аппарата было темно, но Дайльюлло решительно вошел туда.
Света все же оказалось достаточно, чтобы увидеть разгром. Да, это был полнейший разгром, не говоря уже о том, кругом валялись поломанные кости. Все внутри корабля было искорежено.
Каждый прибор, каждый механизм — все было вывернуто или погнуто. Словно разрушительный смерч ворвался в корабль, ломая все, кроме самых тяжелых балок.
Чейн взглянул на пол под ногами. Виднелось коричневое пятно от высохшей крови. И на этом пятне был отпечаток... отпечаток беспалой ступни. Он очень хорошо помнил, как всего лишь прошлым вечером ему пришлось повстречать такую же беспалую ступню.
Врея тоже посмотрела на пол и вздрогнула.
— Вот кто тут был, — сказал она. — Нэйны.
— Отправляйся назад и принеси сюда два лазера, — отрывисто приказал Дайльюлло Чейну. — И передай Джансену, чтобы отбуксировал сюда флайер.
Ему не надо было говорить Чейну, чтобы тот поспешил. Сумерки сгущались, и Чейн помчался вприпрыжку. Он бежал, поглядывая по сторонам в полуожидании, не выскользнет ли из-за какого-нибудь могучего ствола белая фигура, но ничего не произошло. Чейну приходилось участвовать в огромном количестве схваток в стольких звездных мирах, что и запомнить трудно, но никогда он не сталкивался с чем-нибудь настолько ужасным и омерзительным, как белые человекоподобные создания, встреченные им прошлым вечером.
Он достал два портативных лазера поменьше размером и передал Джансену указание Дайльюлло. И помчался назад, снова бдительно следя по сторонам.
Дайльюлло взял один из лазеров сам, а другой передал Мильнеру.
— Подежурь снаружи люка, — сказал он Мильнеру. — Когда Джансен пригонит сюда флайер, я хочу, чтобы аппарат был все время под охраной.
Он повернулся кругом.
— Всем остальным убрать кости и обломки из корабля с тем, чтобы мы смогли здесь провести ночь. Внутри можно пользоваться карманными фонариками, но снаружи корабля — никаких огней.
Они вошли во внутрь, включив фонарики. Дайльюлло поводил лучом света вокруг, а затем по обломкам и мусору направился в коридор, уходивший в носовую часть.
— Я иду взглянуть на вахтенный журнал корабля, — сказал он. — Гарсиа, пойдемте со мной.
Чейн, Боллард, а затем и доставивший флайер Джансен занялись уборкой корабля, подвергшегося разгрому. Врея нашла и почистила чудом уцелевшее кресло на шарнирах, устроилась в нем и уныло наблюдала за работавшими мужчинами.