— Вот как, — сказал Дайльюлло. — Пока мы не попали в настоящую переделку, сделаем широкий вираж вокруг.
Джансен перешел на широкий вираж. Боллард продолжал измерять угол сенсора. Наконец, когда они завершили круг в двадцать миль диаметром, Боллард сказал:
— Где-то в том районе. — Он показал на высокую, темную гору, похожую по форме на приплюснутый конус. — Более точные координаты я не могу определить.
— Хорошо, мы двинемся в этом направлении и увидим, что телескоп нам скажет, — заявил Дайльюлло.
— Не думаю, что у нас достаточно времени для столь изысканной рекогносцировки, — вмешался Чейн и показал на юг, где им навстречу через горы шли пять сверкавших на солнце самолета.
Дайльюлло выругался. Но Чейн восхитился, как он затем хладнокровно и расчетливо поступил. Дайльюлло взглянул снова на самолеты, прикинул расстояние до них, подошел к телескопу, развернул его и нацелил на конусообразную гору.
Джансен тревожно оглянулся на него:
— Джон, мне не удастся сманеврировать на этот раз, ведь пять самолетов.
— Направляйся быстро к подножию этой горы, — распорядился Дайльюлло. — Весь этот район покрыт камнями и осыпью. Самолеты Хэлмера не смогут приземлиться поблизости, а ты сможешь нас посадить на вертикальном режиме.
— Меня очень трогает твоя вера в мои способности, — сказал Джансен, — но однажды она нас всех погубит. Ладно.
Он направил самолет в длинный стремительный спуск по косой траектории. Аркуунские самолеты быстро приближались. Однако у них пока была еще недостаточная дистанция для пуска реактивных снарядов. Чейн понимал, что вот-вот они выйдут на эту дистанцию.
Джансен замедлил скорость и перешел на вертикальный спуск. Конусообразная гора висела теперь над ними подобно грозовому облаку, сильные ветры вокруг нее раскачивали и трясли опускавшийся флайер. Чейн увидел внизу скопление обломков горной породы, огромные камни и всего лишь несколько мест, едва возможных для посадки. Оставалось только надеяться, что Джансен окажется таким хорошим пилотом, каким представлял его себе Дайльюлло.
Таким он и оказался. Он посадил флайер рядом с высоким валуном на плоский участок голой скалы, площадь которого была не больше обычного дома.
— Быстро всем из флайера, взять лазеры и пакеты с неприкосновенным запасом, — прокричал Дайльюлло. — Через минуту они будут над нашими головами.
Схватив оружие и пакеты, они пулей выскочили из флайера. Когда они бежали, в небе уже стоял рев самолетов. Дайльюлло увлек всех за собой к более крупному валуну, находившемуся в сотне ярдов.
— Вполне можно было остаться, за первым валуном такое же укрытие! — тяжело дыша, причитал Боллард, ненавидевший бег.
— Я хочу отвлечь их огонь от флайера, который нам еще понадобится, — коротко ответил Дайльюлло.
Легко бежавший Чейн взял Врею за руку, чтобы помочь, но девушка со злостью выдернула ее.
— Я не нуждаюсь в помощи!
— Твое дело, — ответил Чейн, любуясь ее быстрыми золотистыми ногами.
Едва все успели укрыться за валуном, как вокруг начали рваться реактивные снаряды. В их лица полетели пыль и осколки камней от оглушающих взрывов.
Самолеты ревели вверху над головами, направляясь в сторону гор. Но они уже начинали разворачиваться для обратного захода.
— Скоро они будут снова здесь, — крикнул Дайльюлло. — Переходите на другую сторону валуна.
Он зло добавил:
— Ты что оглох, Чейн? Двигайся!
Чейн восхищенно глазел на пять самолетов. Два из них находившиеся в конце боевого порядка, прошли прямо над вершиной конусообразной горы.
Три других обошли гору стороной и начали пикирование, чтобы пониже подойти к наемникам. Но первые два самолета вели себя более, чем странно. Они выбились из строя, словно потеряв управление, повернулись носами вниз и вошли в рыскающее самоубийственное пике, закончившееся гибелью на скалах неподалеку.
— Какого дьявола? — начал было Дайльюлло и вдруг крикнул.
— Прыгайте!
Едва они успели переметнуться на другую сторону валуна, как опустились снаряды. На сей раз один из снарядов упал прямо в ту сторону камня, где еще только стояли наемники; валун приподнялся, словно готовый разорваться на куски.
Но камень опустился на место, заставив их поволноваться. Они пришли в себя после того, как самолеты с ревом удалились.
— Что погубило те два самолета? — спросил Мильнер. — Мы их, я уверен, не сбивали.
— Мне хорошо был виден перед падением тот, что разбился ближе к нам, — сказал Чейн. — Еще до того, как он врезался в землю, люди, сидевшие в нем, по-моему, были мертвы, их головы висели.