Глава 21
Приличное общество наслаждается кларетом и мягкими коврами, приглашения на обед расписаны здесь на шесть недель вперед, не говоря уже об опере и танцевальных залах… зачем ему вера и яркость чувств?
Джордж ЭлиотСара знала, что никогда не забудет этот день, хотя он начался так же, как и любой другой. Она отвела Эллен в школу и подождала у только что выкрашенных ворот, пока строгая леди-учительница возьмет за руку ее маленькую сестру и уведет в аккуратное здание, состоящее из одной комнаты. Сара помахала рукой на прощание, сделав вид, что не замечает скорбного выражения в круглых голубых глазах Эллен, а потом быстро зашагала по Стрэнду к Патерностер-роу, тревожась о том, проведет ли маленькая Эллен в школе весь день. Иногда она оставалась, а иногда сбегала. Теперь, после всех этих убийств, Сара редко ходила вдоль реки. Кроме того, вода напоминала ей о недавно пережитом страхе, когда она подумала, что Эллен вошла в воду, стараясь разыскать маленькую Русалочку.
На ходу Сара размышляла о миссис Коречной. Сейчас она уже была в море, ведь корабль отплыл ранним утром. Какие чувства испытывает человек, оказавшийся на борту корабля, плывущего в далекую страну? Сара еще не привыкла к мысли, что Лили Коречной больше нет на улице Ватерлоо, поскольку она уже давно стала навещать ее всякий раз, когда поручения приводили ее на противоположный берег реки. Затем мысли Сары обратились к замечательной вещи, которая появилась у нее совсем недавно. В последний день в Кенсингтоне Лили вручила ей маленький сверток, и Сара провела весь вечер в «Белом олене», поглаживая ладонью гладкие страницы своего первого настоящего подарка. Пергамент пах совсем не так, как легкая бумага из эспарто, на которой печаталась «Лондон меркьюри»; он обладал собственным чистым ароматом. Бутылочка чернил и две красивые ручки из эбенового дерева с серебряными перьями казались Саре такими роскошными, что она боялась к ним прикоснуться.
Сара еще не совсем овладела искусством письма при помощи перьев, ведь до сих пор она писала только карандашом или мелом на грифельной доске Эллен, которую выдали в школе. Девочка долго практиковалась на старой газете, прежде чем осмелилась вывести чернилами на чистой пергаментной бумаге свои первые буквы.
Сара вошла в редакцию газеты одновременно с инспектором Ларком, который так торопился, что заметил ее только после того, как она сказала:
— Доброе утро, сэр.
— Доброе утро, Сара.
— У вас все в порядке, сэр? — Она старалась не задавать ему один и тот же вопрос при встрече, так как он сам обещал рассказать все новости о Холи-Джо.
— Я хотел с тобой поговорить, — начал он.
Сара поняла, что у него плохие новости, иначе он рассказал бы все сразу. Сара ничего не ответила.
— Пойдем со мной, я хочу навестить мистера Хардинга.
Мистер Хардинг повязал на шею салфетку и ел пирог со свининой. Он выглядел так, словно провел за столом всю ночь, поскольку не побрился и не расчесал бакенбарды. Газовые лампы зажигались в здании «Лондон меркьюри» с наступлением сумерек и горели до самого утра, но редактор редко проводил в редакции всю ночь вместе с ночными печатниками и репортерами.
— Доброе утро, доброе утро, Сара, Джон.
Он откусил еще кусок пирога и жестом предложил им присесть у догорающего камина.
— Неожиданно наступила осень, не так ли? — обратился он к Саре, которая села поближе к огню.
— Да, сэр. — Сара поняла, что сейчас ей сообщат что-то плохое, так как Септимус Хардинг и инспектор Ларк отводили глаза в сторону. Обычно они не обращали на нее внимания и сразу начинали разговаривать друг с другом. — Холи-Джо повесят, ведь так?
Ларк вздохнул, и его плечи дрогнули, а редактор отодвинул на край стола недоеденный пирог и снял салфетку.
— Да, — ответил Ларк.
— Но он же никого не убивал!
Сара почувствовала, как паника начинает распространяться в ее груди, словно яд.
— Мы ничего не можем сделать, — тихо проговорил редактор.
— Но вы позволили мистеру Мелвиллу писать его лживые статьи, сэр.
Редактор ошеломленно молчал. Саре было все равно, ведь она сказала правду.
— «Лондон меркьюри» не печатает лжи. — Лицо Септимуса Хардинга стало испуганным, но голос звучал ровно. — Мистер Мелвилл является одним из ведущих репортеров нашей газеты, и хотя я готов признать, что его слог бывает чересчур… красочным, вовсе не пресса судит обвиняемых и выносит им приговор.
Ларк шагнул вперед и положил руку на плечо девочки.
— Холи-Джо признался в убийствах, Сара.