Это переполнило чашу ее терпения.
— Нет! Вы лжете! Он никогда…
Она вскочила, выбежала из кабинета в коридор и через несколько мгновений оказалась на улице. Мистер Парсиммонс позвал Сару, когда она пробегала мимо его конторки, но она не останавливалась до тех пор, пока не оказалась на мосту Ватерлоо. Тут только она сообразила, что идет в сторону дома Лили Коречной, которой там уже нет. Сара едва не повернула обратно, но ей было некуда больше идти.
Миссис Веспер обрадовалась, увидев ее, и Сара облегченно вздохнула, поскольку не была уверена, что ее визиты доставляют экономке радость. На этот раз миссис Веспер не повела Сару в библиотеку, они сразу направились на кухню; там на плите стоял большой медный чан, где кипятилось постельное белье. Добрая женщина не стала задавать никаких вопросов, а принялась готовить шоколад. Потом она начала расспрашивать Сару об Эллен.
— Она совсем мало говорит, поэтому мне приходится следить за выражением ее лица, но она часто встает по ночам.
— Значит, малышка мало спит? — спросила миссис Веспер.
— Она всегда была немного странной, но сейчас это усилилось.
— Почаще приводи ее сюда. Теперь, когда госпожа уплыла в Индию, у меня появилось много свободного времени, а вам обеим не помешало бы получше питаться.
Сара улыбнулась и вдруг вспомнила, что ее сюда привело.
— Они собираются повесить Джо.
Экономка молча кивнула, продолжая размешивать шоколад.
— Вы уже знаете?
— Полисмен заходил к нам вчера вечером и все рассказал миссис Коречной.
Сара опустила голову и посмотрела на свои пыльные башмаки. Значит, в следующий понедельник возле Ньюгейта соберется толпа. Она почувствовала, как к горлу подступает тошнота.
— Эллен ничего не знает.
— Нам нужно найти подходящее место и время, чтобы осторожна рассказать ей об этом, и постараться увести подальше от Ньюгейта в день казни. Пожалуй, самое подходящее место моя кухня, после горячего ужина. До того, как об этом начнут кричать мальчишки, разносящие газеты.
Вернувшись на Патерностер-роу, Сара поднялась наверх по главной лестнице, чтобы обойти кабинет редактора. Она понимала, что ни мистер Хардинг, ни Ларк не могли спасти Джо, но по-прежнему сердилась на них и чувствовала, что ее предали, а винить ей больше было некого. Когда она проходила мимо мистера Парсиммонса, он поднял голову и вместо того, чтобы отругать Сару, как обычно делал, широко улыбнулся, показав свои гнилые зубы. Вероятно, мистер Хардинг сказал, чтобы он ее не ругал, что уже само по себе было удивительно. На третьем этаже никто не проявил к ней особого сочувствия, она позаботилась, чтобы наборщики не узнали, что Холи-Джо ее друг. Рано или поздно это перестанет быть тайной — когда работаешь в газете, все секреты выплывают на поверхность.
Как Сара и предполагала, сообщения о признании Холи-Джо и времени его казни появились уже в следующем выпуске «Лондон меркьюри». Лишь с огромным трудом она удержалась, чтобы не стукнуть Джека Тислуайта, который заявил, будто с самого начала знал, что Холи-Джо опасный злодей, и не может дождаться, когда его наконец повесят. Больше всего на свете ей хотелось подбежать к Джеку и разорвать листок со статьей Мелвилла на мелкие кусочки. Она почти на это решилась; Сара представила себе, как хорошо себя почувствует, когда увидит выражение лица Мелвилла после того, как он узнает, что его «сенсационный материал» не выйдет в завтрашнем номере газеты. Но потом она представила лицо мистера Хардинга, когда он сообщит ей, что она больше не работает в газете, и вспомнила, что он дал ей шанс уйти с улиц. К тому же она не сомневалось, что очень скоро он устроит ей разнос за ее поведение сегодня утром.
Однако редактор не вызывал ее к себе весь день, и она уже собирала в узелок свои вещи, чтобы отправиться домой, когда его массивная фигура появилась на пороге. Как только наборщики его увидели, наступила мертвая тишина.
— Добрый вечер, джентльмены.
— Добрый вечер, сэр, — хором ответили наборщики.
— А, вот и ты, Сара. Зайди ко мне в кабинет.
Она кивнула, прошла мимо наборщиков и зашагала вслед за редактором вниз по лестнице. Мистер Хардинг молчал до тех пор, пока они не оказались в кабинете и Сара не закрыла за собой дверь.
— Не бойся, я не стану тебя ругать за то, что ты ушла сегодня утром, поскольку обстоятельства были… необычными.
— Я не боюсь, мистер Хардинг.
— Да, я не сомневаюсь, хотя и не уверен, что это так уж хорошо. — Он помолчал, а потом прищурился, словно пытался понять, что происходит в душе Сары. — Я очень доволен твоей работой и по рекомендации миссис Коречной намерен поручить тебе набирать более… серьезные тексты.