– Итак, рассказывайте.
Давид, часто прерываемый репликами Росы, говорил долго и сумбурно. Изъясняясь короткими и туманными фразами, он поведал о пари с Себаштиану и о том, как бросил клич о помощи друзьям-хакерам в Сети, как блуждал по виртуальному пространству и нашел в результате искомую фамилию психиатра. Ребята признались, что побывали на нескольких частных серверах, взломав систему защиты, но тут уж ничего не поделаешь – из песни слов не выкинешь. Наконец Давид иссяк и сказал, пожимая плечами:
– Вот и все.
– А вы знаете, что компьютерное пиратство считается преступлением? – Беатрис уставилась на них не мигая, выдерживая паузу. Потом она сменила гнев на милость и предупредила, погрозив им пальцем: – Смотрите, не влипните, ясно?
Оба кивнули. Себаштиану заметил, что Давид слегка поперхнулся, но Роса по-прежнему смотрела с вызовом, чуть прищурившись и вздернув верхнюю губу. Португалец почувствовал, что девушка приготовилась дать отпор, и вмешался, желая избежать неприятной сцены.
– Ребятки, огромное вам спасибо за помощь. У нас впереди много работы, так что еще увидимся. – Он встал и проводил парочку к выходу.
На лестничной площадке Роса обернулась.
– Полицейская – очаровашка, – шепотом поделилась она. Себаштиану оставил ее наблюдения без ответа.
– Имей в виду, хоть эта штучка разозлилась, мы по-прежнему готовы помогать, – сказал Давид, стоя у лифта.
Португалец благодарно кивнул.
– У меня есть номер твоего мобильника. Если мне что-то понадобится, я позвоню. – Затем он показал назад через плечо большим пальцем и сказал, напутствуя: – И позаботься, чтобы мы все не угодили в каталажку.
Себаштиану вернулся в столовую и уселся за стол. Морантес разговаривал по телефону.
– Что тебе вздумалось пугать детишек? – упрекнул он Беатрис.
Женщина фыркнула и засмеялась:
– Профессура хорошая, легаши плохие.
Себаштиану ссутулился, и по лицу его скользнула гримаса боли.
– Спина ноет? – участливо спросила Беатрис.
Себаштиану покачал головой.
– Ерунда. Определенно, – продолжал он со вздохом, – я не отказался бы сегодня вечером проветриться. Я просидел взаперти несколько дней, и мне не мешает отвлечься. В газете я читал, будто в кафе «Централ» дают хороший джазовый концерт. Пойдешь?
Беатрис мягко улыбнулась, не размыкая губ, уголки сочного рта дрогнули.
– Конечно.
Морантес дал отбой и звучно хлопнул в ладоши.
– О чем речь? – вмешался он в разговор.
– О последнем трупе, – не моргнув глазом откликнулась Беатрис. – Продолжаем.
– Ладно, – согласился Морантес, хотя Себаштиану показалось, что на губах агента H PU, обозначилась ироническая ухмылка. – Обсудим за ужином, а то я умираю от голода.
– Пятый круг, – ровным тоном говорил Себаштиану, расставляя тарелки на столе. – Вспыльчивый цыган с бесконечным числом задержаний за плечами, «гневный», в терминологии Данте, причастный к миру наркобизнеса, умер, захлебнувшись грязью. Что вы обнаружили на месте преступления?
Беатрис перечислила по памяти:
– Прежде всего серебряную подкову с запиской. В принципе в Мадриде есть лавочки, где можно найти такого рода товар, но нам пока не повезло. Плюс отпечатки подошв и протекторов, прядь волос. Наверное, Гарсиа пытался сопротивляться. И ни одного свидетеля. Один наш человек в течение двух дней опрашивал жителей квартала, но там все как один слепые, глухие и страдают амнезией. Как обычно.
– С корнями? Я имею в виду волосы, разумеется, – уточнил Морантес.
Беатрис кивнула, и Себаштиану улыбнулся. Только волосы ничего не дают; без корней невозможно установить ни пол, ни даже возраст, а цвет, скорее, может сбить с толку, чем помочь, учитывая многообразие оттенков пигментации. Конечно, вероятность, что структура волос у двух разных людей совпадет, ничтожно мала, но без корня нельзя сделать полноценный анализ ДНК, а в суде неполная экспертиза не считается доказательством.
Себаштиану разложил по тарелкам бутерброды, салат и паштет и наполнил рюмки риохийским вином.
– Хорошо. Когда будет готов анализ проб ДНК?
Сравнение образцов ДНК из проб мочи, взятых с мест убийства Мартинеса и Хуана Аласены, с результатом анализа волос даст точный ответ на вопрос, совершил все три преступления один человек или убийц больше.
– Через несколько дней, не раньше. У криминалистов на руках материалы по делу, связанному с ЭТА, что относит его к числу наиболее приоритетных, – пояснила Беатрис. – С доказательствами, однозначно изобличающими Роса, придется подождать.
– А записка? – спросил Себаштиану.