Через несколько поворотов портовые трущобы сменились более приличными кварталами. Дома стали выше, улицы — шире, а запах копченостей разбавился ароматами специй и хлеба. На углу одной из улиц я заметил вывеску «Гостинный Дом Пьяного Карпа» с довольно искусно нарисованной рыбой, держащей в плавнике чарку.
— Что скажешь? — спросил я у Хэй Лань, которая деловито принюхивалась к воздуху.
— «Довольно грубая пища, но готовить там умеют», — отозвалась демоница.
Внутри гостиница оказалась на удивление чистой и уютной. Хозяин, худощавый мужчина с редкой бородкой, окинул меня оценивающим взглядом, задержавшись на Хули Цзин, но ничего не сказал.
Хэй Лань продолжала изображать из себя самую обычную лису и до сих пор это работало на обычных людей. Ну или обычные люди, в отличии от практиков духовных искусств, просто ещё ни разу не давали мне понять, что знают секрет мой спутницы.
— Еды на три персоны и одно место для ночлега. Отдельная комната, — я сразу же обозначил свой интерес, желая услышать цену за подобные услуги. Хозяин понял меня правильно и тоже не стал медлить с ответом.
— Семь цяней (~28 грамм) меди за все. Четыре за место и три за простой обед. Если дашь ещё пять (~20 грамм), то накрою щедрый стол и налью вина.
— «Хочу вина», — Хули Цзин тут же направила на меня иллюзию с требованием заплатить побольше.
Денег всё ещё было жалко, но по сравнению с тратами на корабль это было просто смешно. Поэтому я отсчитал запрошенные двенадцать медных монет. Сегодня полноценно отдохнем, ночью ещё можно будет перейти в мир моего сна, чтобы достать оттуда некоторые товары на продажу и поговорить с учителями о Гуаньинь. Завтра же буду думать, как мне попасть в город Фулин.
Плыть туда ещё дня два или три, зависит от корабля и количества остановок по пути. Пешком это расстояние я пройду за неделю, если с пути не собьюсь.
И после недавнего плавания я больше склоняюсь именно к пути пешком. Хотя зарекаться тоже не стоит. Может удасться хорошо сторговаться здесь и легко найти корабль со свободной каютой, ну или хотя бы с гамаков под палубой. а не местом на палубе.
Хозяин гостиницы удовлетворенно кивнул, забирая монеты, и жестом пригласил следовать за ним. Мы прошли через общий зал, где несколько посетителей уже пили отвар из лесных трав и заедали все это рисом и рыбой.
Даже интересно, что несмотря на недавнюю войну, южные территории все ещё могли позволить себе рис. У нас всегда говорили, что рис надо сажать только если у тебя много рабочих рук. Хоть прибыток от каждого посаженного зерна был большой, но и труда на поле он требовал колоссального. Поэтому рис был признаком достатка и выращивался, в основном, только в богатых южных регионах.
Но вот, юг пострадал от войны, корабли отказываются плыть сюда ради торговли, так как не верят в возможность хорошо закупиться, а местные все ещё едят рис. Был ли это признак, что последствия войны не так серьезны, как можно было подумать? Или дело в том, что у местных просто не было других запасов, и они доедают остатки былого богатства?
Вполне себе тема для размышлений, особенно в контексте моего испытания милосердием. Не случится ли так, что жителям южных регионов нечего будет посадить для выращивания нового урожая? Не ждет ли эти место голод уже в следующем году? И если да, то что может сделать один маленький духовный практик в ранге Ученик (2)?
Мне начинает казаться, что если испытание мудрости выявило мой эгоизм, то испытание милосердием все отчетливее показывает мою гордыню. Всего пару дней назад я думал, что пройду это испытание просто раздавая милостыню бедным, а теперь уже размышляю о судьбе целого региона и своих возможностях повлиять на эту судьбу.
За этими размышлениями мы дошли до комнаты, где я мог бы остановиться на ночь. Помещение на первом этаже, представляло из себя общую столовую с длинными столами и скамьями. Меня оставили бы есть там только при заказе обычной еды. Но раз уж я заплатил за щедрый стол и вино, хозяин решил накрыть мне отдельно.
В небольшое помещение быстро принесли низенький столик и несколько дополнительных тюфяков, на которых можно было расположиться сидя или полулёжа. Вскоре за мебелью, слуга гостиницы внес поднос с едой, и от одного запаха у меня потекли слюнки. Копченый карп, тушеные овощи, рисовая каша с яйцом и кувшин подогретого рисового вина. Как и сказала Хэй Лань пища была простой, где-то даже грубой, но это было вкусно, это было сытно и этой пищи было много. Действительно щедрый стол, без дураков.