Даже не пытаясь больше ломать над этим голову, решаю спросить о произошедшем у Почтенного Наставника и Прекрасной Наставницы. Вот только оба они лишь согласились с высказыванием демоницы, что я веду себя как щенок.
— Она права, — безжалостно констатировал Почтенный Наставник, попивая чай. — Ты обладаешь сокровищем, которое и не снилось многим бессмертным, но не знаешь, что с ним делать. Ты реагируешь на обстоятельства, а не создаешь их. Это и есть поведение щенка, который бегает за собственным хвостом.
— Но что я должен делать? — спрашиваю недовольно. — Я учусь, развиваюсь. Разве не это ожидается от идущих путем духовного практика?
— Тренировки — это прекрасно, — вступила Прекрасная Наставница. — Но расти можно не просто как получится, а в какую-нибудь сторону. Поставить себе цель и стремиться — это поведение разумного человека, а не маленького зверёныша.
— У меня есть цель, — их слова заставили меня нахмуриться. Одно дело непонятные замечания от демоницы. Но полное согласие со стороны наставников, которых я реально уважал и к которым привязался уже выбивали из колеи. — Я иду в Зеленую Крепость.
— Зачем? — Почтенный наставник отложил кружку с чаем в сторону и выжидательно посмотрел на меня.
Вопрос был хорошим и, в некотором роде, неудобным. Если ответить что-то в духе: «меня послали, я и пошел», то звучать это будет довольно жалко. С другой стороны, мне самому Зелёный Храм не особо нужен. Я никогда не стремился туда, и предпочел небольшую школу на окраине свободных земель, а не великий храм в центре земель кланов.
Но ответить все же нужно.
— Школьный Старейшина хочет, чтобы я попросил Мудрости в этом храме.
— Нет, — поправил меня наставник. — Он хотел, чтобы ты встретился с отцом и поговорил о смысле своей жизни. В храме же нужно спросить мудрости, испытания и покоя.
— Прошу прощения за мою забывчивость, Наставник, — я тут же поклонился. Все же указание Старейшины действительно было несколько шире, чем я сказал.
— Уже тогда, в разговоре со Школьным Старейшиной ты не имел четкой цели и просто плыл по течению, — заметила Прекрасная Наставница. — Тебе подсказали, что нужно сделать, чтобы вырасти над этим уровнем. И это было много лет назад.
— Поэтому, ты щенок, — жестко заметил Наставник. — Был бы взрослым и разумным, то как минимум дошел бы до Зеленой Крепости.
Я замер, обдумывая их слова. Слышать это было неприятно, но спорить с этим было сложно. Хотя «сложно», не значит, что я не попытаюсь.
— Случилось много неприятностей по дороге, и мне нужно было стать сильнее.
— Что не должно было помешать тебе двигаться в нужную сторону хотя бы по одному Ли (500 м) в месяц, пока ты тренируешься, — возразил мне Наставник. — А не сидеть здесь безвылазно годами, чтобы потом жаловаться на то, что ты уже не можешь опять сидеть здесь годами и тебе нужно немного времени в реальном мире.
Их слова повисли в воздухе, тяжелые и неумолимые, как гири. Я стоял, чувствуя, как жар стыда разливается по щекам. Они были правы. Все это время я оправдывал свое бездействие необходимостью подготовки, страхом перед сильными противниками, уникальностью обстоятельств. Но на деле я просто прятался. У меня был идеальный предлог — этот мир снов, где время текло иначе. Я мог позволить себе «зависнуть» здесь на годы, убеждая себя, что это необходимость.
А по сути я просто здесь сидел, ел, спал, да девку щупал. Ну и тренировался, никуда особо не спеша.
— Я понял вас, уважаемые наставники, — склоняю голову, признавая за собой вину. — Что вы мне посоветуете делать теперь?
— Подумай немного своей головой, — Наставница уже открыла рот, но Наставник её остановил взмахом руки и сам дал сухие указания. — Не пытайся везде и всюду получить готовый и простой совет или ответ. Решения за себя ты должен принимать сам.
Я замер, глядя на их невозмутимые лица. Их слова оставляли после себя неприятное, липкое чувство стыда. Слышать что-то подобное было неприятно, вот только они были правы.
«Думай своей головой».
Эти слова прозвучали как приговор. Не упрек, не наставление, а констатация факта: я этого не делаю. Если так подумать, то никогда не делал. Крестьянская жизнь в принципе не располагает к свободе мышления. А потом я не особо стремился этому учиться.
Я молча поклонился им обоим, ещё глубже, чем до этого, развернулся и ушел. Нужно было подумать. Правда, как назло, в голову ничего путного не приходило.
Оставшись один в одной из бесчисленных тренировочных зал мира снов я принялся гонять в голове прошедший разговор, пытаясь найти хоть какую-нибудь подсказку. Воздух здесь был чистым и прохладным, наполненным едва уловимым ароматом цветущей сливы, которая росла в соседнем саду. Всё это настраивало на созерцательный лад и позволяло думать не отвлекаясь ни на что.