Три коротких выдоха в горн означали чрезвычайное происшествие: пожар или нападение на город. В любом случае, следовало бросить все дела, женщины и дети укрывались, а мужчины оказывали всяческую поддержку слугам лорда.
Сейчас же давали только два коротких сигнала, что означало приказ скрыться в домах. Причины у этого могли быть самые неожиданные. От прохода войск через город, до проезда во дворец лорда какого-нибудь кланового аристократа, что не желает оскорблять свой взор видом плебеев.
Вот только вслед за короткими сигналами прозвучал ещё один, длинный. Сам лорд города выехал из своего дворца.
— Хей Лань, держись рядом со мной, — говорю коротко, но строго. В тот момент я вообще не думал про страх или почтение перед демоном, что был несоизмеримо сильнее меня. — Что бы тут не творилось, это может принести нам серьёзные проблемы.
Лисица коротко посмотрела на меня — в глазах на миг мелькнуло что-то острое, хищное, — и без лишних слов забралась мне на шею. откуда совсем недавно спрыгнула.
Я оглянулся: пустая каменная площадка перед святилищем, серые стены, струйка дыма от ночных благовоний. Могло даже показаться, что сигнал горна вообще не затронул это место, но это было обманчивое впечатление. Просто с утра само по себе не много суеты и дел. Но совсем скоро все слуги и мелкое священство скроются в своих ночлежках и кельях, а настоятель храма выйдет к воротам, чтобы поприветствовать лорда, если тот захочет посетить храм.
А я почти уверен, что он этого захочет. Вряд ли избалованный жизнью аристократ встал с утра пораньше, чтобы съездить на охоту или отплыть в гости в другой город. Куда вероятнее, что он тоже решил начать свой день с молитвы.
Так что стоило и мне поспешить в выделенную келью. После ужина у советника меньше всего мне хотелось бы пересекаться с лордом. Хватит с меня приключений.
Думать же о том, что лорд, мог прийти сюда не ради молитвы, а именно из-за того самого ужина с советником откровенно не хотелось. Потому что даже если меня приняли за Мастера (3), то не того я полёта птица, чтобы за мной сам правитель приходил. Скорее уж меня бы вызвали к нему.
Но вот если вспомнить слова Хули Цзин о плененных душах… ради такого врага лорд может и отважиться выйти лично. В окружении могущественной свиты, конечно же, чтобы потом всем рассказывать, кого он лично пленил или даже убил.
***
Когда Лю Бану доложили, что в городе есть некий очень подозрительный юноша, что явно является фигурой в чьё-то игре, то он напрягся. Местечко ему досталось богатое, но на периферии. Говоря языком местных дубоголовых, он находился в глубоком тылу. Предоставляя Клану прибыль и некоторые полезные связи, но не участвуя в большой игре.
Его уделом были мелкие интриги с соседями и внутри собственного дворца, не более того. Появление чужой фигуры тут было с одной стороны крайне тревожным, а с другой очень неприятным. Советник постарался аккуратно намекнуть, что это могла быть проверка от своих, но этот счетовод был достаточно далек от большой игры, чтобы хоть что-то в этом понимать.
Клан никогда не проверяет своих сыновей и дочерей. До тех пор пока ты несёшь клану пользу, можешь заниматься чем угодно: убивай, насилуй, изучай еретические практики. Всё что угодно, но за высокими стенами дворцового квартала. Ведь репутация клана и его представителей — это тоже ресурс, который нужно ценить и накапливать.
Если кто-то вызывает недовольство Старейшин или самого Патриарха, то в качестве проверки к нему пришлют Юшитай (цензора), наследие Императорской бюрократии, которое нашло своё отражение в политике кланов после развала империи.
Юшитай никогда не прячутся и не наблюдают издалека. Зачем? Они бы просто пришли к нему и в случае недовольства просто убили бы. Возможно, из уважения к положению его семьи и усилиями отца, сначала отвели бы на суд Старейшин, но верится в это с трудом. Да и суд тот остался бы только актом уважения, потом все равно казнь.
Клан может существовать только как целое. И ради этого целого очень легко избавляются от отдельных частей. В истории клана Лю есть случаи, когда Юшитай убивали даже Старейшин, что уж там говорить о лорде удалённого города.
Так что подозрительный юноша точно не может быть «проверкой от своих». Свои банально не занимаются никакими проверками. Только наказаниями, если совсем уж потерять берега.
Поэтому выслушав советника и отослав его Лю Бану не долго думал, что нужно делать. Подозрительного чужака нужно схватить и допросить. А чтобы он не успел сбежать, то стоило прямо с утра пораньше отправиться в храм, где его предоставили место для ночлега.