Пролог
В круглом потолочном иллюминаторе сияла огромная звезда. Цвет у неё был такой же, как у закатного солнца на Земле — и такая же яркость. Аля знала, что никогда больше не увидит земного заката — никакого заката не увидит. Пусть уж хотя бы так — напоследок. Она плашмя лежала на спине под иллюминатором и всё чувствовала — неровность пола, складки на своей одежде, боль в босых ступнях, к которым прикасалось то, на что она не хотела смотреть. Кажется, даже чувствовала, как по сосудам бежит кровь. Ощущала пульсацию крови, слышала биение своего сердца. Вот только пошевелиться не могла — словно организм забыл, зачем нужны руки и ноги и как ими пользоваться.
— Вы же понимаете, — раздался спокойный голос, источник которого располагался где-то сзади, вне Алиного поля зрения, — что я могу сделать с ней что угодно. Точнее, мы можем — я и он. Остановить её дыхание, и тогда она умрёт от удушья. Отравить её — тогда она умрёт медленно и корчась от боли. Сжечь заживо. Испарить — пф-ф, и нет, осталось только облачко. У меня богатая фантазия. И мне секунды хватит, чтобы объяснить ему, чего я хочу. Дайте мне возможность уйти — и она будет жить и не будет мучиться. Это же просто, правда?
Аля смотрела на чужое Солнце и думала о том, что превратиться в облачко после всего, что с ней произошло — не самый плохой финал. Даже красивый. Только, наверное, это тоже будет больно, а боль телесная всё-таки её пугала. На то, что условие человека, взявшего её в заложники, будет выполнено, она уже совсем не надеялась — слишком многое стояло на карте. Она сама виновата, что получилось не так, как должно было получиться — ей и платить за последствия.
— Решайте, — чуть раздражённо поторопил голос. — Мне не нравится стоять под прицелом. В катере будет гораздо приятней.
От ступней наверх покатилась обжигающая волна. Спина, которой Аля не управляла, самопроизвольно выгнулась, из груди вырвался стон.
— Придётся ускорить процесс, — пояснил голос со смешком. — Правильная мотивация — половина успеха. Один ваш неверный шаг — и спасти её вы уже не сумеете.
Часть I. ИЛЛЮЗИИ И ЗВЁЗДЫ
Глава 1. Чересчур счастливое утро
Весенний лес был таким, каким и должен быть весенний лес — наполненным голосами птиц, акварельно-зелëным, с лазурными просветами неба и нежно-розовыми бликами утреннего солнца. И пахло так, как и должно пахнуть в весеннем лесу — талой водой, мокрой землëй, свежестью и новорождëнными листьями. Аля бежала через него, легко отталкиваясь от упругой поверхности дорожки, и чувствовала себя совершенно счастливой. Настолько счастливой, что это даже немножко еë пугало. Кажется, в последний раз что-то похожее она испытывала в дошкольном детстве, когда родители вместе возили еë на море. Вчера, составляя своë ежедневное расписание, на пробежку она отвела всего десять минут, а теперь думала, что будет мало и часа.
Но сегодня даже этих десяти минут, как оказалось, у неë не было. Сначала эйфорию нарушила неожиданная преграда. Аля резко затормозила, едва удержав равновесие.
— Да чтоб тебя… Ди-Джей! Ты зачем лезешь под ноги?! Чтобы я на тебя наступила и потом извинялась?
Огромный рыжий мейн-кун и не подумал отойти в сторону. Наоборот, придвинулся ближе и потëрся об Алины колени широкой брутальной мордой, приглашая себя погладить. Девушка протянула было руку, но прикоснуться к мохнатому лбу не успела — коротко прозвенело, и виртуальный лес исчез без следа, вместе со всеми запахами и звуками.
— Мря, — озадаченно сказал кот, одним махом взлетел Але на плечо и громко замурлыкал.
«Внимание! — грянул женский голос из динамика над дверью. — Тревога! Разгерметизация! Угроза четвёртой степени! Займите спасательную капсулу!»
Завыла сирена.
С котом на плече Аля спрыгнула с беговой дорожки и на секунду прикрыла глаза — вспоминала, что про спасательную капсулу говорили на инструктаже. Затем нажала кнопку на браслете, и из стены напротив выехала нижняя половина горизонтальной капсулы. Аля забралась внутрь, легла и вытянулась, двумя руками обнимая кота. Гибкие внутренние стенки приблизились и изогнулись, превращаясь в ложемент для неë и Ди-Джея, сверху возникли ремни безопасности, вслед за ними опустилась вторая, прозрачная половина капсулы — и сразу же помутнела.