Выбрать главу

Для всех остальных Переходы быстро стали делом рутинным. Освоенные участки пространства картировали. Выяснилось, что разведанная Вселенная больше напоминает слоёный пирог, чем губку, и можно без особых проблем перемещаться между Слоями, расширяя своë присутствие в них. Счëт открытым планетным системам шëл уже на десятки, и там было всë что угодно, кроме, разве что, других цивилизаций.

— Неправильно думать, что ГИППы — это что-то жëсткое и неизменное, — проговорила Ясмин, которая стала использовать простые слова, как только добралась до части рассказа, лично еë касавшейся. — Это динамическая система, они всë время движутся, так же, как движутся объекты внутри Слоя. Но положение ГИППов можно высчитать, что мы и делаем перед полëтом. Задача — найти самое тонкое место, чтобы энергии корабля оказалось достаточно для Перехода. Такое место называется «пункт входа». Смотрите, вот Земля, — Ясмин ещë сильнее увеличила масштаб, и в центре полупрозрачного перламутрового лабиринта, который теперь очень медленно двигался, вспыхнула яблочно-зелëная искра. — А вот здесь будет наш первый Переход, — сантиметров на двадцать выше точки засветились пульсирующие голубые кольца, такие же, какие Аля видела перед этим на экране в «пилотской» части рубки. — Сюда мы летим по прямой, направление и скорость движения выбираются автоматически.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Ясмин показала на небольшой моноблок вычислителя, установленный на столе между моделью Вселенной и непривычного вида приборами, размещёнными в ложементах напротив кресла навигатора.

— А дальше начинается самое интересное! — продолжила она, и глаза у неë заблестели, а на губах заиграла улыбка, самодовольная и вдохновенная одновременно.

Аля, конечно, знала, о чëм пойдëт речь.

Основная проблема всей ОТКП — в том, что точку и время Перехода невозможно определить без живого человеческого участия. На Алин взгляд, в объяснении этого факта философы и теологи продвинулись гораздо дальше, чем биологи, математики и физики. Пункты входа, о которых упомянула Ясмин, имели свойство сдвигаться непредсказуемым образом — не так уж сильно, но достаточно, чтобы корабль не смог совершить Переход или вышел из него совсем не там, где нужно. Расчëты, измерения, математические модели, нейросети — всë было бесполезным. Установить, где и когда будет находиться подходящая точка, мог только человеческий мозг.

Насколько Але было известно — хотя Ясмин, наверное, с ней бы не согласилась, — никакого особого дара для этого не требовалось. А требовались — чуткость к собственным ощущениям, умение концентрироваться на одной задаче и знание математики и космофизики, достаточное для того, чтобы навигатор сумел вписать своё решение в общий контекст.

Ясмин ласкающим движением прикоснулась к приборам на столе, затем по очереди взяла их в руки и примерила. Мерцающая решëтчатая конструкция оказалась шлемом. Широкая гибкая полоса с датчиками — браслетом, дополняющим или заменяющим многофункциональный корабельный браслет. Блестящая серебристая груша с усиками — устройством для голосового ввода данных. Ни примерить, ни даже потрогать всë это «экскурсантам» Ясмин не разрешила.

— Понимаю, как вам интересно, но, к сожалению, регламент запрещает посторонним касаться оборудования, настроенного на навигатора, — произнесла она извиняющимся тоном, но огорчëнной абсолютно не выглядела.

А Алю вдруг как обухом ударило. Она осознала, до какой степени зависят от Ясмин все, кто сейчас летят на «Гиацинте». И поняла, что при известии о беременности навигатора Анна Сергеевна вышла из себя не только потому, что имела на то причины личного свойства.

* * *

Последней частью программы, для которой пассажиров сегодня собрали в рубке, был сеанс связи с Землëй и ближним космосом. После первого Перехода связь останется только почтовая — через сообщения и посылки, которые доставляются на планеты и транзитные станции «баржами» вроде «Гиацинта». Так что для тех, кто летел на Селесту, это была последняя возможность онлайн пообщаться с близкими перед многомесячной разлукой.

Анна Сергеевна так и не появилась, и Але стало грустно от мысли, что близких у доктора нет. Сама она, когда капитан поинтересовался, все ли воспользуются сеансом связи, и предложил определиться с очередью, сказала, что подумает, и остальных пропустила вперëд.