Ответить Аля не успела — дверь снова открылась, и в рубку вошла Ясмин, одетая и причёсанная в рабочем стиле. Она уже не выглядела такой подавленной, как ночью, но прежнего удовлетворения собой и своей жизнью в её взгляде всё ещё не было.
— Сандра, привет, а ты чего тут делаешь? — Ясмин улыбнулась и помахала Але. — Пришла узнать, как у нас дела? Мы ещё не закончили проверять систему, работы осталось… часа на четыре, наверное, вряд ли больше. Да, Берти? Как ты думаешь? — обратилась она к мужу, который развернулся в кресле на её голос.
Капитан кивнул:
— Может, даже меньше, Ясь, вдвоём мы быстрее управимся.
— Я приходила, чтобы сказать капитану, как восхищаюсь его профессионализмом и как благодарна ему за то, что он нас спас, — объяснила Аля своё присутствие, вставая.
— Да, Сандра! Мой муж — настоящий гений! — с удовольствием подтвердила Ясмин, подошла к капитану и положила руку ему на плечо.
* * *
Выйдя из рубки, думать, естественно, Аля могла исключительно о Роберте. Его неожиданное признание её потрясло. В ЦИОКРе, может, и болтали о том, что на самом деле случилось с Маевским, но до неё, и правда, никаких слухов не доходило. Все эти годы она жила с мыслью, что Роберт попал в аварию, выполняя очередную опасную космическую миссию — это казалось само собой разумеющимся. Да, он утратил возможность открывать новые миры, но ушёл героем и может утешать себя хотя бы этим — так считала Аля.
Теперь же она поняла, что даже такого утешения у капитана не было — вряд ли он хоть на секунду мог забыть, что потерял дело всей жизни из-за собственной глупой ошибки. Алю замутило, когда она попыталась представить себя на его месте, и глаза у неё стали мокрыми.
Чего она, определённо, не испытывала, так это разочарования. Чем лучше она узнавала Роберта, чем больше открывала в нём обычных человеческих качеств, тем дороже он ей становился, и тем горячее она его любила. Отстранённое обожание, с которым Аля садилась на «Гиацинт», стремительно превращалось в другое чувство, требовавшее общения, душевной близости и физического контакта. И это чувство пугало Алю сильнее, чем в предыдущие дни её пугали любые взаимодействия с Робертом.
Всё бы осталось, как раньше, если бы сам капитан не уменьшил расстояние между ним и ею. Но он — уменьшил, не отдавая, конечно, себе отчёта, какое действие это произведёт на Алю — и теперь она не понимала, как с этим жить. Не будь у него жены, да ещё и беременной, Аля, может, хотя бы позволила себе мечтать. О том, что симпатия, которую она видела в его глазах — это не просто симпатия, а нечто большее. О том, что сногсшибательная улыбка, которой он встречает Алю — это не просто улыбка. И о том, что за танцем и разговорами последует что-то ещё, от чего расстояние станет совсем маленьким, а потом просто исчезнет. Но нынешнее положение дел даже свободы мечтать ей не давало.
«Что ж, по крайней мере, я точно ему не противна, — говорила себе Аля, — я могу общаться с ним и даже ещё разок потанцую, если мне повезёт! Грех жаловаться, я уже получила гораздо больше, чем изначально рассчитывала». Удивительное дело, она почти перестала волноваться о том, что ему может быть неприятно на неё смотреть — его неизменная доброжелательность действовала, как успокоительное.
Время до обеда, который сегодня назначили позже обычного, Аля провела в каюте — ни с кем больше встречаться и ничего делать она не могла, лежала на койке и думала, и вспоминала, и плакала, и привыкала к переменам в самой себе. Только кота пустила, когда он поскрёбся и подал голос за дверью. Кот полагал, что валяться кверху пузом — самое правильное дело из возможных, и последовал Алиному примеру. Без пятнадцати три в динамике раздался голос Роберта, сообщившего, что обед начнётся в три часа ровно, и попросившего пассажиров собраться вместе и не опаздывать.
Аля поднялась, расчесала спутанные до состояния гнезда волосы, умылась очень холодной водой. Следы слёз её, в отличие от Ясмин, совсем не красили, и полностью эти следы убрать не удалось, но Аля решила, что после ночных приключений ей простительно быть заплаканной. Посидела немного, настраивая себя на спокойный лад, и с рыжим меховым спутником отправилась обедать.