Хотя понимания всё равно особо не прибавилось. Получается, лишняя строчка в коде появилась уже в пути, и насчёт ошибочных вводных с Земли капитан соврал? Думать о том, что объект Алиной любви так здорово умеет врать, было неприятно, но, с другой стороны, что ему оставалось делать? Болтаясь в некартированном Слое, где неоткуда ждать помощи, честно сказать пассажирам, что некто неизвестный вмешался в работу навигационной системы? Единственное, чего бы этим добился капитан — паники на борту, никому не нужной перед Переходом.
Следует ли всё это понимать так, что ошибку выхода вызвала лишняя строчка, а Ясмин сначала подумала, что это она неправильно рассчитала Переход? Но ведь тогда бы она, наверное, переживала так же сильно и из-за того, что пропустила эту строчку при проверке. Если нельзя определить, когда именно в параметры Перехода внесли опасные изменения, значит, нельзя сказать точно, видела их Ясмин или нет, когда проверяла расчёты. Тем не менее, выяснилось что-то такое, отчего она переживать перестала. Может, сама она точно знает, что никаких лишних строчек не видела? Но почему тогда сомневается Роберт? Разве он должен сомневаться, если до сих пор его жена никогда не ошибалась?
От того, что у Али концы с концами не сходились, она опять начала нервничать. И поэтому, больше не выжидая, отправилась в оранжерею. Сейчас там весело и шумно, что позволит отвлечься от мыслей о подслушанном разговоре. А завтра, после Перехода, она признается Прохору Петровичу, что подслушивала, и попросит объяснить всё, чего сегодня не поняла.
* * *
В оранжерее, и правда, было весело и шумно. Туда натащили разномастных светильников и сидушек в дополнение к дивану, а основной свет погасили. Небольшое пространство в центре оранжереи, окружённое растениями в подсветке разных оттенков, выглядело очень романтично. И музыка тоже звучала романтичная и негромкая. Аля пришла вовремя: бассейн и баня компании уже надоели, но уходить пока никто не собирался.
Ещё из коридора она услышала бодрые голоса, мужские и женские вперемешку: — …Анадырь! — Рында! — Ангара! — Амур! — Рудня! — Яна!.. Поэтому, зайдя внутрь, первым делом спросила:
— Вы что, в города играете? То есть в реки?
Пять пар глаз сразу же обратились к ней — все пассажиры и Ясмин были тут. Родион и Сельма сидели на диване в сиреневых купальных халатах, таких же, какой Аля нашла у себя в каюте. Анна Сергеевна и Филипп, похоже, в воду лезть не захотели и одеты были как обычно, одна — в светлое женственное платье, другой — в расписную рубаху и шорты-бермуды. Анна Сергеевна расположилась на складном стульчике рядом с диваном, а Филипп — в кресле-мешке, поближе к стеллажам с растениями. Между коленей у Филиппа стоял барабан, один из тех, которые он приносил на первую вечеринку. Самой яркой в компании, как обычно, была Ясмин, в своём пурпурном купальнике и спадающей с плеча шёлковой тунике с броским цветочным рисунком. Она стояла у столика с небольшим изящным половником в руках.
— Мы не играем, Сандра! — с улыбкой ответила на Алин вопрос жена Роберта. — Мы придумываем названия двум новым Слоям, которые все вместе открыли. Капитан любезно уступил нам это право — для ваших коллег и для меня это первый опыт такого рода.
Новые Слои по традиции называли в честь географических объектов на Земле — объектов, расположенных в стране, которой принадлежал корабль первооткрывателей. Сначала это были горные системы, но они быстро закончились, а вслед за ними закончились и моря, поэтому теперь в дело пошли озёра и реки.
— Салют, Сандрин! — приветственно помахал Але Филипп. — Скорее присоединяйтесь! Мы уж думали, что вы совсем не придёте.
Судя по тому, как и робототехник, и все остальные смотрели на неё, Алино отсутствие заметили и её ждали. И Але стало обидно и жутко одновременно. Все они очень приятные люди и, кажется, неплохо к ней относятся. Ей так хотелось работать с ними вместе, она так надеялась, что её первая работа не преподнесёт ей никаких скверных сюрпризов. А что получается? Что один из её предполагаемых коллег влез в систему навигации и только чудом всех не погубил? Кто, каким образом, а главное, зачем это сделал?
Аля вдруг остро пожалела о том, что подслушивала. Ждала бы сейчас Перехода, как все, и горя не знала… так нет же, понесла нелёгкая выяснять, что творится на «Гиацинте» в действительности. «Может, капитан не врал, а просто я всё не так поняла?» — спросила себя она. Но, к сожалению, подслушанное ею не давало свободы истолкования.