— Да-да, Санечка, — энергично закивал Прохор Петрович. — Тот, кто тебя подставил, должен был знать и то, и другое. Поэтому самыми вероятными кандидатами стали Ясмин и Анюта. О Роберте я всерьёз не думал — кем-кем, а гениальным актёром он не является, разыграть такое горе он бы не смог.
— Анна Сергеевна, мне кажется, совсем не интриганка и очень порядочная, — проговорила Аля. — Даже если бы она сделала что-то ужасное, она не стала бы ни на кого это сваливать.
Настал её черёд смотреть на него с сочувствием: каково ему было — подозревать женщину, которую он любит всю жизнь?
— Ну да, — Прохор Петрович вздохнул и отвернулся. — Я тоже не мог поверить, что это она. Но у Ясмин я не видел мотива! Если бы Ясмин категорически не готова была вынашивать и рожать, она бы просто не сказала мужу о беременности, избавилась бы от неё по-тихому, да и все дела. Но ведь она сказала. Значит, была готова.
— Я тоже не знала, на кого и думать, — тихо проговорила Аля. — Правда, мне даже в голову не пришло, что это могли быть Ясмин или… Роберт, — упоминания о капитане давались ей с большим трудом. — Но другие… У них или, действительно, мотива не было, или они не стали бы подставлять меня. Самой подозрительной мне казалась я сама, ей-богу!
— Но мы уже решили, что ты этого не делала! — напомнил Прохор Петрович. — Так что я до сих пор вынужден гадать, о ком я не знаю чего-то важного — об Анюте или о тебе и Роберте. Если у вас с ним намечался роман, Ясмин могла пожертвовать беременностью, чтобы тебя… уничтожить. Но вряд ли она поступила бы так просто потому, что заметила, что ты ему понравилась.
— У нас не намечалось романа, — у Али защипало глаза, в горле встал комок. — Но, похоже, у Ясмин был повод подумать, что намечается. Тем более, что она, конечно, знала, что я его люблю. Если даже тут все заметили… а с ней мы вместе учились!
— Именно это я и надеялся услышать — что у неё был повод, — честно признался он. — И какой же?
— Во-первых… ерунда, наверное, но когда капитан рассказывал мне об аварии, мы были в рубке. И сразу, как он закончил, туда вошла Ясмин. Я думаю, она вполне могла нас подслушать. А вы сказали, что раньше он этого сам никому не…
— Санечка, это вовсе не ерунда. Но это же не всё, верно?
— Нет, не всё, — покачала она головой.
И, с трудом подбирая слова от неловкости и сомневаясь, что говорит понятно, рассказала, что случилось в бассейне. Но Прохор Петрович понял.
— То есть ты находилась в бассейне одновременно с Робертом, но он тебя не заметил. А когда он был в бане, ты стояла в оранжерее. Потом на выходе ты встретила Ясмин и… что сделала?
— Смутилась и растерялась ужасно. И сбежала. Она такая эффектная была в купальнике, а я…
— Это ведь было после того, как она застала вас с Робертом в рубке? — уточнил Прохор Петрович.
— Да, после. Перед самой пляжной вечеринкой — я хотела успеть поплавать, пока в бассейне никого нет.
— Значит, Ясмин могла специально пойти туда в то же самое время. Подсмотрела в системе, что вы оба сейчас там, и решила проверить, чем вы заняты.
Аля нахмурилась:
— Но ведь тогда бы она увидела, что мы были там врозь!
— Не увидела бы. Роберт обычно плавает и ходит в баню без браслета, оставляет его где-нибудь поблизости. Получается, она пришла в бассейн, встретила тебя у выхода, ты застеснялась и дала дёру. Затем она «невзначай» вспомнила о тебе при муже, чтобы посмотреть на его реакцию, а муж сказал, что тебя вообще тут не было. И она подумала, что он начал ей врать — даже несмотря на то, что она беременна!
— И решила, что пора принимать меры… — завершая мысль, прошептала Аля.
* * *
На этих словах разговор прервался, чтобы затем продолжиться после завтрака. Картину целиком удалось сложить без особого труда — все кусочки мозаики быстро нашли своё место. Из предположения, что целью инсценировки было подставить Алю, а выкидыш Ясмин оказался всего лишь средством, всё остальное вытекало естественным образом.
Осталось, правда, совершенно непонятным, каким способом жена Роберта добилась того, чтобы у Али случился приступ головной боли с последующей амнезией. Если Ясмин воспользовалась каким-то веществом, то возможность подсунуть его предполагаемой сопернице у неё была — бокал с крюшоном для Али Ясмин наполняла собственноручно. Но что это за вещество, откуда она его взяла и почему даже следов его не нашлось в Алиной крови? На эти вопросы ни у Али, ни у Прохора Петровича ответов не было.