И тем не менее:
— Я готов, — сказал Биркин.
Романтик, — раздался в голове комментарий от Старика.
Ну и хорошо! — отозвался я мысленно. Далеко пойдет, значит. Если, конечно, не помрет раньше!
— Что с Ганзо? — спросил Уолш уже под конец.
— Пока ничего, — ответил я. — В шпионов играть не будем, нам это незачем, да и риск лишний. Жить будете тут — в поместье.
— Нас будут искать, — заметил здоровяк.
— Пусть хоть заищется, — бросил с раздражением Ефим. — Не забывайте, вы больше не шобла! Вы кандидаты в гвардию древнего рода!
— С Ганзо мы разберемся, — пообещал я также. — Это входит в мой план. Но пока у нас другие дела.
Звездная Империя. Планета Ледяная Кузница
Земли рода Феррум
Вечер того же дня
Алекс любил это место.
Суровое, с силой тяжести, заметно превышающей стандарт. Покрытое снегом и льдом большую часть года. Опасное.
Но именно здесь, а не на Александрии, где ему приходилось проводить большую часть времени, Алекс чувствовал себя по-настоящему дома.
— Задумался о чем-то, Сашок? — донесся голос.
Стоявший неподалеку мужчина прижимал к глазам окуляры старого оптического бинокля. К густой черной бороде успели налипнуть снежинки. На ремне, опоясывающем зимнюю форму, с одной стороны висел импульсник Империума, с другой — рукоять Плазменного Меча.
В снегах они к этому моменту пробыли уже часа полтора. Пришел сигнал, что недалеко от поместья видели Ледяного Медведя. Наставник, понятно, справился бы и сам, но Алекс решил воспользовался возможностью «прогуляться».
— Вот ты умный, Захар, — проговорил Алекс после паузы.
— Так кто ж в таком признается-то? — хмыкнул мужчина, не отлипая от бинокля. — Брешут, Сашок. Ей богу.
— Так мама говорит.
— Хм.
Тут, видимо, у наставника не нашлось ответного аргумента.
— Ну раз графиня говорит… — протянул он. — Допустим.
— Не могу понять кое-чего, — Алекс помедлил, тщательно подбирая слова.
Это директорское заклятие тайны оказалось поразительной штукой. Дело даже не в том, что он не мог ничего рассказать о том, что происходило в Аркуме. Он даже не мог начать беседу, если думал, что в процессе разговора собеседник сможет сам о чем-то догадаться.
Приходилось самому внутри себя искать какую-то другую причину для разговора на схожу тему. А потом еще и убеждать себя, что именно из-за этой причины ты и затеял разговор.
— Можешь рассказать о… последнем Нашествии? — кое-как выдавил Алекс.
Не совсем то, что он хотел спросить, но хоть что-то.
Захар после вопроса оторвался-таки от бинокля. Смерил подопечного взглядом.
— Да ты мне поболее расскажешь.
— Хочу освежить, — качнул головой Алекс. — И чтобы другими словам.
— Хм. А зачем тебе?
Вот тут Алекс ощутил, что заклятие тайны начинает его сковывать. Наверное, ничего бы не получилось, если бы не…
— Значит, с этой стороны хочешь обдумать, — сам нашел ответ Захар.
При этом подумал он явно про другое. Не про сам Аркум, а про то, что произошло неделю назад. Тогда, когда появился Привратник.
Из рассказов других учеников Алекс знал, что предупреждение директора о смертельной опасности, вероятно, было правдиво.
А значит, когда зеркало портала разрезало надвое флаер, который должен был поднять Алекса на крейсер, ему тоже спасли жизнь.
Еще более странными были последующие события.
Из Александрии пришло сообщение, что Алексу ненужно прилетать. Что он может остаться на Кузнице для посещения Аркума.
Но в чем была опасность?..
Обломки флаера впоследствии тщательно проверили. Никаких неисправностей выявлено не было. Отдельно допросили пилота, да и всех остальных, кто имел отношение к этому полету.
И как будто все указывало, что опасность Алексу грозила именно там — в Александрии. Именно это Алексу больше всего не нравилось.
Потому что рано или поздно ему все равно придется туда вернуться.
— Расклад сил, — сказал Алекс вслух. — Последний раз он менялся в Империи тогда?
— Расклад сил — вещь такая, — отозвался Захар. Он повесил бинокль на шею. — Он всегда колеблется. Но крупные перестановки, да. Тогда.
Он чуть помолчал.
— Давай сменим позицию. По пути расскажу.
Они по очереди спрыгнули с валуна, на котором стояли. А после двинули вверх по заснеженной гряде. Видимо, Захар хотел бросить взгляд с более высокой точки.
— Значит, другими словами… — проговорил он задумчиво. — Смотри. Про официальную версию не говорим, ты ее и так знаешь. Красочных все считают чем-то вроде стихийного бедствия. Напали — значит, не повезло. На кого-то больше, на кого-то меньше. Последствия считаются случайными.
— А это не так?
— Так, — отозвался Захар. — Но нам это ничего не дает. Потому в качестве упражнения можно посмотреть на Нашествие как на событие, у которого есть выгодоприобретатель. И тогда можно посмотреть, кто в результате произошедшего выиграл, а кто проиграл. Если взять мир до Нашествия и после Нашествия. Кто больше всех в плюсе?
— Мы, — ответил Алекс, не задумываясь. — Ну, все так считают.
Захар на ходу чуть склонил голову. Изо рта у него, пока он говорил, вырывался густой белый пар
— Да, наша ветка поднялась, — проговорил Захар. — Ночевы потеряли обе своих системы, перестали быть звездными аристократами. По сути, мы заняли их место.
— Еще Светловы, — проговорил Алекс.
— Да, Спасители Империи, — кивнул Захар. — Их все уважают, а по факту? У них почти ничего не осталось. Флот был уничтожен почти полностью, их система до сих пор почти вся под Красочными. Да, их все еще считают звездными графами, но при этом особо не помогают восстановиться. Помощь чисто формальная.
— Почему?
— Политика, — отозвался Захар. — Императору не нужны конкуренты. С герцогами у него все давно поделено. Каверне, Тумановы, Астровы-Штерн, Раум… Там свои расклады. Они большие, но они отдельно от Александритов. А что Светловы, что Ночевы были самостоятельными родами. Автономность только на уровне герцогов. А теперь Светловы, по сути, имперцы. А Ночевы вообще никто.
Они остановились ненадолго. Захар с минуту смотрел в бинокль. Потом махнул рукой.
— Дальше, — и когда они уже двинули, добавил. — Ну и Звездные еще.
Алекса сразу будто кольнуло. Но… он все-таки смог говорить. Видимо из-за того, что для него действительно было важно понимать расклад. Для себя. А не чтобы намекнуть Захару, кого именно он встретил в Аркуме.
— Они предатели? — спросил Алекс.
— По официальной версии? — хмыкнул Захар.
— По твоей.
— По моей… не знаю. Звездные всегда были себе на уме. С другой стороны, Защитниками Планет их не просто так назвали. Против Красочных они даже Тумановым помогали. Тут же у них были свои проблемы. Они выбрали спасать Лиру, а не помогать императору. Все знали, что так будет. И император знал.
— Но приказ отдал, — хмуро проговорил Алекс.
— Ну, тогда всех призвали, — пожал плечами Захар. — Нашествие было глобальное. С другой стороны, Звездным ничего не мешало по-другому поступить. Отправить хотя бы несколько кораблей. Но они решили, что им все силы понадобятся на Семерке. Возможно, они были правы, но… То, что они вообще никого не послали, восприняли как демонстративный акт. Позже императору это сильно помогло, когда лепили официальную версию.
Захар чуть помолчал и после добавил:
— На самом деле, отношения между Звездными и Империей испортились раньше. Еще до Семерки. Правда, точно я не знаю, что там было. Возможно, понемногу накопилось.
— А на Семерке?..
— А на Семерке, рассказывают, жарко было, — проговорил Захар. — И скорей всего, никто даже не знает насколько. Звездных же не зря считали грозой Красочных. И раз уж они там не сдюжили…
— Звездных Врат на Лире поэтому же нет?
— Да, — кивнул Захар. — Политика. А по итогу, чтобы перебросить войска из одной части Империи в другую нужны месяцы. А так все можно было бы за пару дней сделать.