— Валим! Валим, Ярик! — я схватил его за шкирку и потащил в переулок.
Сзади уже слышались выстрелы и крики. Я оглянулся и застыл на секунду. Это была бойня. Солдаты не разбирали, кто перед ними — "свои" или "чужие". Они входили в дома, и оттуда доносились истошные вопли, которые быстро обрывались.
Мы петляли между домами, которые превращались в скелеты. Отовсюду тянулись руки. Из оконных проемов, из щелей в заборах. Костлявые, серые пальцы пытались зацепиться за наши футболки.
— Сань, там тупик! — Ярик затормозил перед высоким забором, который внезапно вырос прямо посреди улицы.
— Прыгай!
Это было вообще другое село. Все было не так как мы привыкли. Улицы, дома, повороты все было наизнанку. Мы бежали не зная куда.
Я подсадил Ярика, он перемахнул через верх. Я подтянулся следом, чувствуя, как чья-то ледяная рука сомкнулась на моем кроссовке. Я лягнул назад, услышал приглушенное шипение и рухнул по ту сторону.
Мы оказались во дворе. Здесь множество качелей. Они свисали со всех деревьев, и на каждой кто-то сидел. Дети. Те самые дети с перрона. Они были прозрачными, серыми, их глаза светились мертвенным светом. Они качались в абсолютной тишине.
Скрип… Скрип… Скрип…
— Это не прошлое, — прошептал Ярик, прижимаясь спиной к стене сарая. Его всегдашний позитив испарился, оставив только обнаженный, первобытный ужас. — Это какой-то гребаный музей боли и ужаса!
— Смотри! — я указал на дверь дома.
У порога на коленях стоял Матвей. Но он уже не был тем кузнецом. Его рубаха была разорвана, грудь вскрыта, и внутри вместо сердца пульсировал серый ком тумана. Перед ним стоял офицер.
Тут меня осенило. Он же только что бежал вместе с нами? Я пытался разобраться в происходящем но времени не было вообще.
— Ты будешь помнить их всех. Каждого. До скончания веков. — шептал офицер, протягивая к Матвею руки, испачканные в той самой черной жиже.
Матвей закричал. Этот крик не был человеческим. Это был вой ветра в печной трубе, хруст льда, стон умирающего леса. Его тело начало раздуваться, волосы белели на глазах, лицо покрывалось глубокими трещинами-морщинами.
— Сань, туда! — Ярик потянул меня к старому сараю на окраине.
Мы ввалились внутрь, зарываясь в сено. Сквозь щели в досках было видно, как по улице идет офицер. На его петлицах были ромбы, лицо скрыто тенью козырька. Он поднял руку, и солдаты остановились.
— Зачистить, — произнес он тихим, шелестящим голосом, который перекрыл все остальные звуки.
Солдаты начали сгонять выживших жителей в центр площади. Те не сопротивлялись. Они шли покорно, с теми же пустыми глазами, бормоча под нос какую-то жуткую литанию на не человеческом языке.
— Это аномалия, — прошептал я себе, пытаясь уцепиться за остатки рассудка.
Вдруг дверь сарая разлетелась в щепки.
На пороге стоял безликий. Его лицо было наполовину объедено — кости челюсти белели сквозь гнилую плоть, но он был жив и крепко держал винтовку.
— Откель... вы... — прохрипел он, вскидывая оружие.
В миг в голове проскочило тысяча вопросов, самый главный из которых " как это существо разговаривает?"
Я не думал. Я вскочил и ударил его тяжелым поленом, которое подвернулось под руку. Удар пришелся в висок, но солдат даже не покачнулся. Он схватил меня за горло ледяной, стальной хваткой.
— Сань! — Ярик прыгнул на него со спины, вцепившись в волосы.
Безликий зарычал, отбрасывая меня в сторону. Я буквально влетел в стену, что искры посыпались из глаз. Солдат уже почти навел дуло на Ярика.
— Нет! — я бросился вперед, сбивая его с ног. Мы покатились по полу.
Я чувствовал запах этого существа — запах старой крови, пороха и озона. Он был невероятно силен. В какой-то момент его палец нажал на спуск. Выстрел оглушил меня. Пуля ушла в потолок, выбив щепу.
Ярик схватил вилы, стоявшие в углу, и с криком отчаяния вонзил их в грудь солдату. Тот дернулся, из раны повалил густой черный дым. Он еще секунду перебирал ногами, а потом замер, рассыпаясь в серую пыль прямо у нас на глазах.
— Бежим к лесу! — скомандовал я. — Это наш единственный шанс!
Солдаты были все ближе и ближе. Они не бежали — они плыли над землей, их шинели развевались, хотя ветра не было.
Пули свистели над головами. Одна из них попала в ствол яблони рядом с Яриком. Дерево мгновенно почернело и рассыпалось в пыль.