Не понимаю, почему ты просто не можешь ее учуять? Как мелкую с той пластиной?
Во-первых, я - сталкер, а не атакор. А во-вторых, это не запах был, а тепло владельца. В воздухе остается слабый след, по которому можно любого планетянина найти.
Так найди ее по теплу!
У меня должен быть постоянный образец при себе. А личной вещи Аксонны у меня при себе нет. Я даже по заколке ее бы смог след навести, но чего нет, того нет.
Десенакт закатил глаза. На его взгляд, Элу уж слишком волновался по поводу сестры. Девка хоть и слегка пришибленная, но вряд ли будет искать приключения себе на ягодицы. И ненужная, по мнению фон Морта, суета анфора казалась Бурану чем-то не то чтобы плебейским, но чем-то, на что он, замыкавший шествие ранжеров по коридору, мог с презрением морщить нос. Хотя, быть может, излишнее беспокойство Элу было вызвано действием гадючьего яда? От пиромага веяло жаром даже сильнее, чем обычно, потому Десенакт и вызвался прикрывать тылы. Находиться рядом ему, существу, взращенному в холоде Преисподней, и так было, по крайней мере, неприятно, а тут еще и… нет, мальчишке точно надо показаться врачу. Огонь, конечно, дело хорошее, в дозах-то определенных, но никак нельзя забывать, что дерзнувшие выпустить пламя из достаточно крепкой хватки рано или поздно в нем сгорают. О холоде, конечно, можно то же самое сказать, но в свою защиту Десенакт мог сказать, что ни разу не причинял силой льда ущерб хотя бы сам себе.
Алексис же всю дорогу молчал, тупо смотря вперед, будто спал с открытыми глазами. Фон Морт и этому был не рад: обычно разговорчивый и веселый Саундбайт переставал вклиниваться в окружающую обстановку только по очень важной причине. По причине… не предвещающей ничего хорошего как для него самого, так и для тех, кто в пресловутой обстановке есть. Раз или два Десенакт осторожно трогал почти вписавшегося лбом в спину впереди идущего Ларгентума террианца за плечо и спрашивал, все ли в порядке, Алекс же рассеянно улыбался, словно проснувшись, и говорил, что просто задумался. А вот о чем он задумался, Миэлли умалчивал, снова проваливаясь в свои мысли. Впрочем, Десенакт и не настаивал. Мало ли какие проблемы у человека. Они с Алексом не были столь близкими друзьями вообще, да и случая хорошо поговорить особо не было, даже тот короткий отрезок коридоров, где вся их команда была разделена, они с Алексом почему-то провели молча. Говорил… ну как, говорил, болтал фон Морт, как он сам с усмешкой отметил, в ближнее время только с Элу. И то о всякой чепухе, выводящей их разговор в спор.
Десенакт не знал, сколько они вообще шли. Поэтому, как и Алексис, все же наступивший на волочившееся по полу сломанное крыло внезапно вставшего столбом Ларгентума, выпал в реальность слегка агрессивно, так как сам наткнулся на беднягу Саундбайта сзади, заставляя Серафима шипеть от боли и выдергивать несчастное крыло на волю:
Фенариус, что за на хер?
Мы не одни.
Что?
Да вынь же ты бананы из ушей! – неожиданно окрысился сталкер, водивший ладонью перед собой. – Да ладно?! – не поверил Серафим сам себе, кое-как подтянул больное крыло, чтобы на них никто снова не наступил, и ринулся вперед со скоростью учуявшего добычу хищника.
Ранжеры без слов помчались следом, то и дело вписываясь на поворотах друг в друга и ругаясь на разные лады и языки. Впрочем, даже покалеченный Эндаймесом сталкер удрал довольно быстро, и Десенакт, Элу и Алексис потеряли его на очередном разветвлении. Элу хотел было выматериться в полный голос и даже уже начал:
Да твою же…
Цыц! – рявкнул из темноты одного из проходов голос Ларгентума. - Что это...
Ты с кем там разговариваешь? – нахмурился Десенакт, посылая в темноту выделенного коридора иллюминат.
Уж не с тобой. Не пугай ее, убери иллюминаты. Я сейчас выйду.
Совершенно сбитый с толку фон Морт развернул шарик света на полпути и вернул к себе на плечо. Алексис и Элу выглядели понимающими не более Бурана, подозрительно поглядывая в темноту. Наконец, Ларгентум вылез в свет, шурша волочащимся по полу крылом и держа на руках что-то белое, с матовым блеском.
Вот, все хорошо, - успокаивая, проурчал сталкер своему свертку, разглядев который, Алексис ахнул:
Мелкая!
Малышка-этерианка испуганно свернулась в комочек, словно броненосец, и Алексис виновато улыбнулся, поймав недовольный взгляд Ларгентума. Жестом показав, что больше не заорет, он с любопытством посмотрел на детеныша, понемногу вновь расслабившегося и крепко вцепившегося в плащ сталкера ручонками.
Ты как ее унюхал? – удивился Элу.
Да не унюхал ее я. И даже не по теплу почувствовал, - пресекая следующий вопрос, сказал Ларгентум, приподнимая целое крыло и срывая с него одно из длинных сиреневых перьев, и вручил перо восхищенно вздохнувшей крохе, чтобы отвлечь ее. – Вы разве не слышали?
А что мы должны были услышать? – спросил Алексис.
Телепатическую волну. Она просила о помощи по телепатии.
Может, частота была другая? – пожал плечами Десенакт. – У сталкеров диапазон восприятия каких-либо волн вообще пошире будет, нежели у других рас. Ну, или нежели у девок. Спроси, она еще с кем-то по телепатии общалась?
Аси, - пискнула этерианочка, продолжая играться с пером Ларгентума. Все мгновенно посмотрели на нее.
Аси? – поднял брови Элу. – Что за Аси?
Аси, - повторила малявка, поднимая мордашку, и улыбнулась анфору. – Как ты. Аси.
Акси, что ли?
Ларанай закивала.
И что Аси?
Аси тут. С дядей.
Элу вздохнул. Таки попалась сестрица дорогая. И не исключено, что в лапы Тертаррилам.
Вот как мы поступим, - рассудил Ларгентум, передавая малышку Десенакту. – Отнеси ее на наш корабль, он стоит у космопорта колонии. И сам с ней будь на случай, если кто-то из Тертаррилов решит ее вернуть.
Может, лучше Эннобили отправить? – осторожно поинтересовался фон Морт и чихнул: Ларанай решила поиграться с новым дядей и пощекотала кончиком пера ему нос. – Не делай так.
Я бы хотел, но он нужен будет, чтобы найти Аксонну. Иди.
А как я помогу-то? – повернулся к Серафиму Элу, проводив взглядом уходящего Десенакта, который, взяв один из иллюминатов себе в провожатые, продолжал фыркать и ворчать от щекотки пером. – Я не знаю, где она.
Зато твоя кровь знает, - вынул небольшой астральный кинжал прямо из воздуха Ларгентум и взял целую руку Элу, рассматривая линии на ней. – Вы же близнецы, ваша кровная связь гораздо сильнее, чем у обычных братьев и сестер. Мы знаем, что она здесь была, что ее оглушили – причем я видел в подсобке пятна крови. Поэтому ритуал Крови легко покажет нам маршрут, по которому ее утащили. Ага, есть!
Обнаружив по известной только ему логике нужное место на ладони Элу, сталкер резко, словно плеча ужалила, уколол в него. Дождавшись крупной капли крови, Серафим наклонил ладонь так, чтобы капля стекла на клинок, и метнул его вперед, растворяя в воздухе вместе с кровью.
Способ, конечно, ужасно неэтичный, - посетовал Ларгентум, вынимая из кармана в рюкзаке пачку пластырей и отдавая анфору, - но, боюсь, другого выхода нет. Что чувствуешь, Элу?
Да как бы и ничего… - сжал-разжал залепленную пластырем руку анфор, но поднял голову.
Еще крови надо! – крикнули из конца коридора – то стоял наблюдавший за ритуалом Десенакт с Ларанай на руках. – Нос ему разбейте!
Да иди уже! – крикнул Ларгентум. Буран заржал, но все-таки ушел. – Вроде уйму лет живет, а ведет себя порой просто как ребенок, честное слово.- Сейчас тоже ничего?
Элу стоял на месте еще где-то секунды две, рассеянно глядя в стену – или сквозь нее? – и вдруг с резвостью гепарда кинулся вперед. Алексис, матюкнувшись, кинулся вслед за ним, Ларгентум, кое-как подобрав сломанное и неистово болящее крыло, побежал следом.
По ушам долбанул крик – полный какого-то потустороннего, неестественного ужаса, и каким-то шестым или седьмым чувством ранжеры поняли, что исходит он именно от Аксонны. Или это была просто логика: крик был явно женский, а больше таковых тут нет и не предвидится. Элу пуще прежнего рванул вперед, отвечая не менее яростным воплем, и перед какой-то камерой просто нырнул вперед, прямо в стену, выбивая ее облитым пламенем кулаком.