И ты нашел самый легкий путь, не так ли, Висажж? – протянул он, неспешно направляясь к Эндаймесу.
Марон ухмыльнулся.
Я не ищу легких путей. Никто их не ищет, даже Дираэль.
Уж и в этот раз эта тварь все прогадала, – развел руками Ларгентум. – Кто еще знает, куда нужно нас ударить так, чтобы вышибло дух?
Почивший Алексис. И, конечно же, твоя приемная мать. Но уж слишком они тебя любят… или любили, впрочем, тут без разницы. И эта еще твоя… ученица, - снова повернул голову к клетке Эндаймес. – Я смотрю, Коллегия окончательно решила тебя добить... – Он перевел взгляд на Кел-Аньета. – А мы поможем.
Элу зарычал, прижимая к себе сестру. Он отчаянно пытался вспомнить заклинание на телепорт и проклинал свое нежелание учить Астрал. Ларгентум выжидал, но в конце концов, когда изоморф короткой вспышкой «скачкового» телепорта выдернул Аксонну из рук завопившего «Не смей!!!» Армагеддона, терпение Серафима лопнуло.
Он среагировал мгновенно. Как и Эндаймес. Ларгентум бросил в Кел-Аньета астральный кинжал, но когда Тертаррил попытался закрыться телом заложницы, кинжал прошел сквозь нее насквозь, не причинив вреда, и пробил грудь взвизгнувшего больше от неожиданности, нежели от боли изоморфа, опрокидывая вниз; за полсекунды до того, как выпущенный Эндаймесом ледяной шип пробьет его голову, Серафим ушел в бесплотность – всего на пару мгновений, но этого хватило, чтобы бритвенно-острый кусок льда разбился о стену позади сталкера, а на него самого в гигантском прыжке налетел Эндаймес с целыми крыльями, заведенным Эгаллором и хищно распахнутыми головохвостами.
С рычанием с пола поднялся Кел-Аньет, выдирая из себя клинок, тут же распавшийся на астральную пыль, но тут же лег обратно, получив по лицу ногой успевшего расплавить решетку и кинувшегося оттаскивать сестру Элу.
Иди сюда, сука, - заорал Элу, отложив хрипящую Аксонну в сторону, затем окутался в пламя и, забыв про больную руку, налетел на не вполне еще выбывшего из строя Кел-Аньета, чтобы исправлять это досадное упущение.
Тем временем Ларгентум и Эндаймес уже хорошенько размахнулись в попытках сжечь друг друга дотла, задушить, заморозить до абсолютного нуля, развеять в астральную пыль и так далее. Серафиму удалось обрезать второй из оставшихся головохвоста экс-протеже, пытавшегося ими его задушить, а мгновением спустя Эндаймес вырвался из его хватки и, мощным заклинанием пробив огромную толщу земли над собой, свечой нырнул в образовавшуюся дыру, наружу, на свет. Издав яростный рык, Ларгентум бросился за ним.
В это же время со стороны выбитого несколько лет назад шлюза в атриум ворвался запыханный, тоже на крыльях, но белоснежно-белых, исцарапанный и побитый Десенакт.
Вы не поверите, что за ху... какого хрена?! - возопил он, глядя на поднимающего сестру Элу, хныкающую у его ног Ларанай, слабо ворочающегося на полу Кел-Аньета и окровавленное тело Алексиса.
Вот веришь, нет, некогда все тебе рассказывать, - огрызнулся Армагеддон. - Помоги!
Домчав до опустевшей колонии, Эндаймес остановился, огляделся. Он не обнаружил никого за собой и поначалу подумал, что оторвался, но Ларгентум обрушился на него сверху, вбивая в крышу какого-то дома ногами. Пробив собой несколько этажей и очутившись в подвале, марон откинул противника от себя огненным хлыстом и снова ринулся вверх и прочь.
Он как будто игрался, будто заманивал Серафима куда-то, и последнего это злило еще пуще. Разум и сердце его разрывались от боли и желали лишь одного: уничтожить, прикончить, убить, отомстить, унять эту боль. И лишь когда он ловил Эндаймеса раз за разом, швырял в него раскаленные добела астральные кинжалы и молнии, избивал просто голыми руками, она на самую малость отступала. Но этого было недостаточно. Этого было невозможно, несправедливо мало.
Вот, - задыхаясь, вымученно смеялся Эндаймес, в очередной раз сцепившись с Фенариусом в воздухе и с силой хлопая крыльями, чтобы не обрушиться спиной вниз. - Вот! Вот чего я хотел. Вот оно. Настоящая драка. А не... не перебрасывание. Всяким.
Я тебя убью, - рычал Ларгентум, стискивая пальцы на горле бывшего ученика. - Низведу до пепла, чтобы даже нежить из тебя не подняли! Ты не достоин не то что второй жизни, первая для тебя - непозволительная роскошь!
Мне всего-то... - давился словами, но продолжал говорить Висажж, сжав запястья сталкера. - Всего-то было надо... убить кого-то. Всего-то! Это идеально. Ты не понимаешь? Как... как легко тебя сломать. Все гениальное... просто. До смеха. До слез. И все... чтобы ты наконец стал собой.
Ларгентум издал полный ненависти рев и резко дернулся вперед, впечатывая лоб в и без того сломанный нос Эндаймеса. Тот глухо зашипел, давясь собственной оранжевой кровью, обильно заструившейся по его лицу.
Ну штош-ш-ш-ш-ш, - свистяще выдохнул он, медленно, но верно отцепляя руки Фенариуса от себя. - Поигр-р-рдрали...
Единственный уцелевший головохвост Висажжа тут же обвил горло дернувшегося, пытающегося оттолкнуться ногой сталкера, и, стиснув, вытянул от себя подальше, так, чтобы у того не было возможности достать до него.
... и х-х-хватс-сит... - почти прошептал он, наблюдая, как корчится и извивается все слабей на безопасном от него расстоянии бывший учитель.
Тут же перед его носом чиркнул ярко-синий, почти белый лазер, отсекая головохвост. Эндаймес закричал от боли, корчась, стискивая обрубок головохвоста. К этой боли он не был готов, и она поразительно ясной вспышкой прочистила его разум. В нем больше не было желания поиграть с клубочком ниток, осталась лишь чистая ярость, заставившая его озираться. Кто, кто посмел?..
Аксонна не ожидала, что ее так отшвырнет назад, и уже поставила себе в уме галочку хорошенько отлупить Ларгентума за такие моды на винтовку, которые чуть ей ключицу не раскрошили отдачей. Но своего она добилась, мрачно улыбнулась она, еще лежа на траве вместе с взятой с "Призмы" снайперкой Фенариуса. Десенакт, притащивший ее на корабль, настрого наказал ей сидеть и не высовываться, а сам вместе с Элу побежал разбираться с Кел-Аньетом, а она взяла, конечно же, и послушалась. Крошка Ларанай в безопасности, это главное. А теперь нужно помочь хоть где-то, хоть кому-то.
Заметив, что выпущенный отстреленным головохвостом Ларгентум грохнулся на какую-то крышу и грохнулся несильно, судя по тому, что он зашевелился, анфорка подобрала его винтовку вновь, задрала голову к Эндаймесу и, сунув в рот два пальца, оглушительно свистнула.
Эй, кальмароеб! - закричала она, что было мочи, не обращая внимания на занывшее, только-только подштопанное медиботом, что распаковал для нее Десенакт, легкое. - Небеса не давят?
Убедившись, что разъяренный Тертаррил заметил ее и теперь стремительно приближается, Аксонна ухмыльнулась и, почти не целясь, выстрелила вновь. Ее снова откинуло назад, но своего она добилась: Эндаймес резко вильнул в сторону, отвлекся. Анфорка глубоко и быстро вздохнула и, отбросив винтовку, бросилась бежать в сплетения улиц маленькой колонии. Пусть недолго, но ему придется ее поискать, придется потратить на нее время. А это - именно то, чего она хочет.
Правда, "недолго" оказалось куда меньше, чем Аксонна рассчитывала. Эндаймес не постеснялся раскрошить в мелкую пыль астральными взрывами несколько домов, чтобы добраться до нее, и все-таки добрался, схватил ее за горло и вмял в очередную стену. Анфорка улыбнулась окровавленными губами, донельзя собой довольная: Тертаррил был не просто в ярости, он был в бешенстве. И она точно знала причину этого.