Не поспоришь.
А где мы выйдем? – спросил Авак, отряхивая Златоцвет от влаги и возвращая его в исходный вид. Живой посох, в отличие от хозяина и его спутников, такому дождику был очень даже рад, что выражал в мягком лиловом сиянии цветка-навершия, разгоняя мрак вокруг где-то на пару метров.
Где-то в середине колонии, - ответил Наресс, вынимая из-за пазухи небольшой люминесцентный стержень, и с хрустом размял его; стержень засветился призрачным голубоватым светом. – Путь недалекий, пройдем быстро. Но кто знает, кто или что могло тут завестись, пока сюда никто не ходил? Посему прошу если и использовать источники света, то ни в коем случае не электрические и не слишком яркие.
Но если выходы запечатаны, каким образом тут могло что-нибудь завестись? – прошептала Налурен, на всякий случай прижимавшаяся к Кристоферу.
На Улагисе полно зверья, роющего норы, - пояснил Дайвер, колдуя крошку-иллюминат, напоминающий небольшую звездочку. – Почему бы совершенно случайно паре из этих нор нельзя выйти сюда?
Ух, - поежилась сталкерша, – когда же все это кончится.
Боюсь, не скоро, аннотэ Тэллони, - вздохнул Наресс, двинувшийся вперед вместе с Аваком.
Например, какую живность мы можем здесь встретить? – попытался поменять тему последний.
Тех же атакоров можно, - пожал плечами Дайвер. – Но еще юных. Взрослые атакоры нор уже не роют, уже в пещерах каких-нибудь живут или гнезда собирают. Можно повидать… во! Во, побежал!
Аксонна аж икнула со страху, когда в свете нескольких иллюминатов, стержня Наресса и Златоцвета по полу вдоль стены проскакало что-то крупное, мохнатое и с целым ворохом лап. Неведомая зверушка испугалась посетителей давно забытого хода не меньше, чем они испугались ее, и скоро исчезла из виду.
Каррил это, - просветил Дайвер. – Очень доверчивые и ласковые, на самом деле, хоть и выглядят как комки меха на лапках. Сталкеры завезли как-то, вот они и расплодились.
Сталкеры, говоришь, - пробормотала Аксонна. – А я-то думаю, почему мне Изабелла Фенькина вспомнилась.
Да-да, это ее родственники.
Сверху по земле что-то глухо, гулко ударило, и плиты под ногами вместе со стенами задрожали. Налурен побледнела, остальные инстинктивно вжали головы в плечи, словно это спасло бы их от внезапно обрушившегося потолка. Никто не поинтересовался, что бы это могло быть, ибо ответ во всяком случае бы не понравился – да и не понадобился бы. И, смысл спрашивать, если никто не знает?
Как Наресс и обещал, ход был короче, чем ожидали пессимистично настроенные ранжеры. Оканчивался он небольшой лесенкой вверх и запечатанными дверями, за которыми явно слышались звуки выстрелов и лязг металла. Советник бессильно заскребся было в холодный металл дверей, но Дайвер, хрустнув пальцами, просто вышиб двери мощным толчком воздуха, внезапно ставшего твердым и негнущимся, словно таран.
Здесь, похоже, был музей. Неизвестно, правда, чего – все вокруг было разбито, разломано, изрезано, облито черными и оранжевыми жидкостями, а немного поодаль несколько маронов в масках и серо-синих костюмах стражи отстреливались из-за колонн от уже знакомых долговязых тварей в плащах. На разлетевшуюся в куски стену, которая и являлась замаскированным выходом, обе стороны мгновенно обратили внимание, на долю секунды прекратив бой. Один из маронов, видимо, старший по рангу, громко что-то прокричал, и стражи перегруппировались, закрывая узнанного советника и его спутников от огня.
Cazzo! – рявкнул Кристофер, оставляя мать на попечение Наресса, и вместе с Аксонной, Дайвером и Аваком бросился на прихлебателей Дираэля.
Конечно же, рядовая нежить не была чета нескольким ранжерам, хоть те и уступали в численности. Первых трех Дайвер буквально вмял в стену, самому вопящему лично сшиб голову Златоцветом Авак, остальных прихлебателей в количестве семи штук аккуратно порезали кинжалами и дуальными бритвами Кристофер и Аксонна. Остался один – почти не похожий на ныне более-менее упокоенную нежить субъект. Выше прихлебателей где-то на две головы, вооруженный астральными клинками, на удивление ловкий и верткий, он был не в плаще, но все же укутан в дырявую черную ткань, как саван. Глаз не было – были два белых огонька, горящих где-то в глубине «капюшона». Дайвер, Кристофер, Дайвер и Аксонна аккуратно обошли явно главаря отряда, старясь окружить, но тварь, отлично понимающая, что этого допускать ей не стоит, плавными, утекающими движениями отходила, следя за всеми противниками сразу.
Наконец, нежить удалось зажать в углу. Призванный повел головой туда-сюда, внимательно оглядываясь, и внезапно с громким треском, заставившим окружающих вздрогнуть, исчез – и материализовался точно за спиной Кристофера, но не схватил ранжера и не попытался его атаковать, а с завидной скоростью кинулся бежать, едва касаясь ногами пола.
А ну, стой! – крикнул Дайвер, ринувшись следом. - Сука!
Бегал саванник отлично – даже по стенам он пробегался, уворачиваясь от пущенных Аксонной файерболов и брошенных кинжалов Кристофера, не сдавая темпа. Но и Дайвера не зря прозвали «Торнадо» - он догонял и вскоре в резком прыжке настиг беглеца, схватив его поперек тела и покатившись с ним кубарем по полу. Бегун не произнес ни звука за все время, отбивался от Дайвера он также молча, но когда настырный марон вонзил свой стилет ему в лодыжку, громко, низко зашипел и той самой ногой ударил в лицо ранжера, дезориентируя. Он вскочил на ноги и кинулся было снова бежать, но целый веер астральных кинжалов пробил саван насквозь, и бегун исторг из себя дикий вопль – и единовременно сияющий поток энергии, в мгновение ока исчезнувший в воздухе.
Вы в порядке? – спросил чей-то голос, и Дайвер, морщащийся от боли в разбитом носу, ощутил, как его поднимают на ноги.
Жить буду, - невнятно отозвался он, вытирая с верхней губы кровь. – Хоть и не таким красивым отныне, может быть.
Послышался топот – и в тот зал, где стоял отплевывающийся от собственной крови Дайвер, стоял метатель астральных кинжалов и валялась груда пустого тряпья ака бывший «бегун», влетели мароны-стражи, Кристофер, Аксонна, Авак, Наресс и Налурен.
Эйрисс! – радостно вскрикнул Наресс, узнав метателя. – Хвала Пантеону, ты в порядке, - выдохнул он на маронале.
Это был одного с Дайвером роста, такой же долговязый, но с головохвостами по колений марон в черном защитном скафандре. Глаза и лоб Эйрисса были завязаны широкой черной лентой, она же обвивала крайние головохвосты и связывала их за спиной вместе. Родовые отметины на лице и головохвостах марона были почти немного схожи с отметинами Наресса – кольца и полукольца с маленькими кружками в них, разве что на головохвостах Наресса этих кружков не было. Услышав отца, Эйрисс приподнял голову, повернулся в сторону знакомого голоса, улыбаясь в ответ и слегка склонилс.
Здравствуй, папа, - поприветствовал он советника также на родном языке. - Я знал, что вы появитесь отсюда, посему и привел свой отряд, - повел марон рукой в сторону стражей. – Только тут нас уже ждали, и я пошел проверить, не придет ли к ним подкрепление…
Che cosa sta succedendo qui? Что здесь происходит? – спросил Кристофер. – На общем, пожалуйста, я тоже могу непонятно разговаривать.
Эйрисс повернул голову в сторону медика, прислушиваясь к новому голосу.
Начнем с того, - произнес он на общегалактическом почти без акцента, - что колония захвачена… неупокоенными. Немногие выжившие после захвата и эпидемии находятся под неусыпным дозором Интригана, Оборотня, Ревенанта, Охотника и Кошмара. Первый и последний возятся у реки, где раньше была гидроэлектростанция, а несколькими часами ранее к ним привезли некий груз.
Дайвер в голос выругался. Налурен же крепко закусила губу.
Что делать будем? – спросил Авак.
Надо срочно спасать и эвакуировать выживших, - сказал Наресс.
И дать этим уродам закончить бомбу? – возразил Кристофер.
Полагаю, будет верно разделиться, - мягко произнесла Аксонна, пока не начался спор. – Часть пойдет спасать – большая часть, потому как там трое паскудников сидит – а часть пойдет Интригана и Кошмара щучить. Кстати, что за прозвища?