Крепки были длинные щиты, прочны и надёжны шлемы и кольчуги. Копьями встретили первый натиск, потом в дело пошли мечи. Рольф помнил бешеную круговерть лезвий, таких острых, что вскоре перед хирдом лежала гора напластованного мяса. Орден перешагнул кровавый поток — и перешёл в наступление. Щёлкали самострелы, летели копья, а мечники шли, растянувшись цепью и не тратя больше одного удара на врага. Бегущих вельсов отрезали от спасительного леса. Потом отряд разделился. Одни отправились в Вильме, другие же — в непролазные болота, в погоне за остатками непокорных.
Вот на что это было похоже. Отряд шёл по колено в воде, по незнакомой местности, в тяжёлых плащах и доспехах, и не было лучше цели для неожиданного нападения. Вельсы же гибли по одному. Гибли до тех самых пор, пока наконец в живых не остался лишь сам Ардвис.
И его юная дочь…
…пролетела рядом с головой, разорвала острой кромкой ухо. Обычно шестопёр не метают, но кому ведомы привычки троллей? Стражи теперь окружили путников и принялись швыряться топориками, дротиками, обломками льда и камня, а один умелец напустил серого тумана, от которого слезились глаза и першило в горле. Корд'аэн отразил часть снарядов колдовством, но против тумана оказался бессилен и приказал:
— Вперёд!
Клин ринулся сквозь облако, вслепую, и Рольф выругался, когда ему наступили на пятки. Кровь текла за шиворот, глаза и рот горели. Выбежав из морока, он рубанул перед собой — и меч со звоном отскочил от края дольмена.
Мелькнул каменный кулак, и рухнул Дарин Фундинсон. И страшная, невиданная доселе улыбка расцвела на лице Корд'аэна! И тогда он воскликнул:
— Ветер! Западный Ветер, я зову тебя!
А потом зашёлся в пляске, прозревая иные просторы. Танцевал с ветром. Ветер откликнулся на его зов, набросился, точно голодный беркут, разметал клочья колдовского тумана. Тролли падали на землю, как и спутники друида. Только двое остались на ногах в тот миг — Рольф и Корд'аэн. И звучала песня, прекрасная и сильная, как полночный ураган.
Беги, беги, как ветер,
И радость ведёт.
Беги, беги, как кровь,
По жилам течёт.
Почувствуй же сердцем,
Как он поёт.
Ветер, ветер знает, кто ты;
Ветер, ветер тебя ведёт;
Ветер, ветер останется в сердце;
Ветер, ветер в тебе поёт.
Слышишь ли ты, как плачет в гнезде
Соловей?
Слышишь ли дикую песнь
Падения солнца?
Знаешь ли в сердце своём,
Как он звенит?
Ветер, ветер знает, кто ты;
Ветер, ветер тебя ведёт;
Ветер, ветер останется в сердце;
Ветер, ветер в тебе поёт.
Шторм ледяной
Сметает листву,
Укрытую снегом,
И перед спячкой
На долгую зиму
Воет над морем.
Помнит, в пожара
Зареве сладко
Тешился с милой.
Ветер, ветер знает, кто ты;
Ветер, ветер тебя ведёт;
Ветер, ветер останется в сердце;
Ветер, ветер в тебе поёт.
Песня уносила прочь, прочь от мира людей, ввысь. Судорога свела Рольфа, и вспомнилась ему красавица Эрика, с которой он впервые отведал мёда любви…
…и ступил на тропу Владыки ветров.
Тяжко и властно хлопали за спиной исполинские крылья у него над головой.
* * *Свет, безбрежный свет вокруг. Не мог помыслить сын Ингвара, что есть столько оттенков белого: от золотистого, нежного и теплого, до бело-голубого, леденящего, пекущего холодом. Рольфу было легко и прекрасно, как бывает редко, во снах…
Он летел. Против бури, навстречу урагану, и плескал на ветру синий плащ с серебряным восьмиконечным крестом. Он — безумный бог ветра с пылающим мечом в кровавой деснице: так раскайтесь же, покайтесь, а затем встаньте и подите прочь, и более не грешите!..
— ГОРЕ ПОБЕЖДЁННЫМ!!! — грохочет Гроза Стражи, Варденведар, и горящий взор его хозяина ищет неверных, не покаявшихся, нечистых…
Свет потускнел. Теперь Рольф плыл в холодном тумане, над мёртвой, серой землёй. Где-то вдали вертелись ураганы, прорезаемые багровыми молниями, и трубил гром. Впереди маячили каменные великаны. В глазах их пылал огонь. Хватать и разрывать.
Насмерть.
— Начнём, зелёный?! — раздался оглушительный звон тысяч колокольцев.
— Начнём, Страж Долины! — ответила буря за спиной Рольфа.
И рухнул на врага пламенеющий меч в кровавой деснице…
* * *Десять тысяч раз сокрушил он каменных великанов. И десять тысяч раз сокрушили они его. А потом кипело пламя, и бойцы восставали из праха, чтобы через миг ввергнуть в него друг друга…
Но буря слабела, и не могла поддерживать прекрасных ледяных крыл. И тогда Рольф отвёл меч и рухнул на землю, под ноги гранитных исполинов. И земля приняла его…
* * *