Неверующие же иудеи из Фессалоники, исполнившись зависти и ненависти к апостолам, не довольствовались тем, что выгнали их из города. Они последовали за ними в Верию и восстанавливали против них чернь, возбуждая низменные страсти. Опасаясь насилия над Павлом в случае дальнейшего пребывания в городе, братья отослали его в Афины в сопровождении некоторых верийцев, которые только что приняли веру.
Так постоянные гонения вынуждали учителей истины переходить из города в город. Враги Христа не могли помешать распространению Евангелия, хотя им удалось поставить апостолов в чрезвычайно трудные условия. Однако, несмотря на сопротивление и борьбу, Павел уверенно шел вперед, решительно выполняя намерения Божьи, открытые в видении в Иерусалиме: «Я пошлю тебя далеко к язычникам» (Деян. 22:21).
Поспешный уход Павла из Верии лишил его возможности посетить братьев в Фессалонике, на что он очень надеялся.
Прибыв в Афины, апостол послал братьев из Верии обратно, чтобы они передали Силе и Тимофею его пожелание немедленно присоединиться к нему. Тимофей пришел в Верию до ухода Павла и вместе с Силой продолжил успешно начатое там дело, наставляя новообращенных в принципах веры.
Город Афины был столицей и бастионом язычества. Здесь Павел встретился не с невежественными, легковерными простолюдинами, как в Листре, а с людьми, известными своей образованностью и изысканной культурой. Повсюду в глаза бросались статуи их богов и обожествленных героев истории и поэзии; величественные архитектурные сооружения и живописные полотна являли национальную славу и свидетельствовали о поклонении языческим божествам. Красота и великолепие произведений искусства производили на людей сильное впечатление. Повсюду возвышались массивные своды святилищ и храмов, на возведение которых были потрачены баснословные деньги. На каждом углу стояли памятники, скульптурные ансамбли, гробницы и гранитные плиты в честь военных побед и подвигов знаменитых людей. Все это превращало Афины в огромную художественную галерею.
И когда Павел смотрел на окружавшую его красоту и великолепие и видел город, всецело преданный идолопоклонству, его дух возревновал о Боге, Который был обесчещен на каждом шагу, а сердце его сжалось от сострадания к жителям Афин, которые, несмотря на свое высокое интеллектуальное развитие, ничего не знали об истинном Боге.
Апостола не прельстило то, что он увидел в этом центре цивилизации, ибо его дух был устремлен к Небу и слава нетленных сокровищ затмевала в его глазах пышность и красоту города, показавшегося ему каким-то пустым. Увидев величие Афин, он понял, какие соблазны окружают здесь любителей искусства и науки и какая важная работа ему предстоит.
В этом великом городе, где не поклонялись Богу, Павла угнетало чувство одиночества, и он жаждал сочувствия и помощи своих соработников. Что касается человеческой дружбы, то он был совершенно одинок. В Послании к Фессалоникийцам он так выражает свои чувства: «Мы восхотели остаться в Афинах одни» (1 Фес. 3:1). Итак, перед ним возникли, казалось бы, непреодолимые препятствия, и у него почти не было надежды завоевать сердца афинян.
Однако, ожидая Силу и Тимофея, Павел не бездействовал. «Он рассуждал в синагоге с Иудеями и с чтущими Бога, и ежедневно на площади со встречающимися». Но главным его делом в Афинах было благовествование спасения тем, кто ничего не знал о Боге и о Его замыслах относительно падшего человечества. Вскоре апостолу предстояло столкнуться с язычеством в его самой утонченной и обольстительной форме.
Великие мужи афинские, узнав вскоре, что в их городе находится некий учитель, проповедующий новые странные учения, пришли к Павлу и вступили с ним в разговор. Вокруг собралась толпа слушателей, и некоторые пытались высмеять апостола, считая, что он намного уступает им в социальном положении и умственном развитии. Они язвительно говорили: «Что хочет сказать этот суеслов?» А другие добавляли: «Кажется, он проповедует о чужих божествах», ибо «он благовествовал им Иисуса и воскресение».
Среди тех, кто спорил с Павлом на рыночной площади, были «некоторые из эпикурейских и стоических философов», но эти люди, как и все другие, беседовавшие с апостолом, вскоре поняли, что он обладает еще большими познаниями, чем они. Его способность мыслить вызывала уважение ученых, а серьезные, логично обоснованные суждения и ораторский дар привлекли внимание всех слушателей. Они видели перед собой не новичка, а человека, убедительно защищавшего свое учение, которое оказывает влияние на все сословия общества. Таким образом, апостол был неуязвим, находя с ними общий язык, отвечая на логические построения логическими построениями, на философию – философией, на красноречие – красноречием.
Оппоненты-язычники напомнили ему об участи Сократа, осужденного на смерть за то, что он проповедовал чужие божества, и посоветовали Павлу не рисковать жизнью. Но слова апостола привлекли внимание народа, его бесхитростная мудрость вызывала у людей уважение и восхищение. Ученость и ирония философов не заставили его замолчать, и, видя, что он полон решимости выполнить свою миссию в их городе и рассказать им о новом учении, чего бы это ни стоило, они решили дать ему возможность высказаться.
По тому они повели его в ареопаг. Это было одно из священных мест в Афинах. К нему относились с суеверным страхом, а некоторые даже с ужасом из-за связанных с ним определенных воспоминаний. Именно здесь часто и самым тщательным образом рассматривались вопросы религии и выносилось окончательное решение по всем наиболее важным нравственным и гражданским проблемам.
Здесь, вдали от шума многолюдных улиц, прекратились беспорядочные, обрывочные дискуссии; апостола могли выслушать спокойно, не прерывая. Вокруг него собрались поэты, художники и философы – ученые и мудрецы Афин, которые обратились к нему со словами: «Можем ли мы знать, что это за новое учение, проповедуемое тобою? Ибо что-то странное ты влагаешь в уши наши; посему хотим знать, что это такое?»
В этот торжественный и ответственный момент апостол сохранил спокойствие и самообладание. На нем лежало бремя ответственности – донести до людей важную весть, и слова, исходившие из его уст, убедили присутствовавших, что это не праздный суеслов. «Афиняне! – сказал он. – По всему вижу я, что вы как бы особенно набожны; ибо, проходя и осматривая ваши святыни, я нашел и жертвенник, на котором написано: «неведомому Богу». Сего-то, Которого вы, не зная, чтите, я проповедую вам». При всей своей развитости и эрудиции они не знали Бога, сотворившего Вселенную. Однако среди них были люди, стремившиеся к большему свету и пытавшиеся найти Бесконечного.