{14.40.10} С наступлением рассвета, оставив небольшой отряд стеречь врага, чтобы тот не выскользнул из бухты, основные силы данов высадились на берег. Не желая, чтобы своим внезапным появлением непосредственно во время самой высадки враг смог застичь их врасплох, они сделали это вдалеке от лагеря разбойников. 2При этом те, кто был лучше вооружён, должны были идти в первых рядах, а [не имевшие хороших доспехов] незнатные воины — следом за ними. 3Варвары покинули своё укрепление нестройной толпой и с ужасными криками ринулись в бой, полагая, что даны испугаются их громкого воя и будут побеждены после первого же их натиска. 4Страх, вызванный их криками, был настолько силён,(л.172)|| что те, кто стоял в последних рядах, не только испугались, но даже и вовсе бросились бежать. 5Однако те, кто стоял впереди, повели себя совсем не так, как думали разбойники. Своим не менее могучим натиском даны заставили их вернуться в ту крепость, которую они перед этим покинули. 6Многие из них [тут же] погибли, тогда как среди наших воинов лишь Олав476 был ранен копьём в горло; из-за потери крови он ослаб так сильно, что его полуживого пришлось отнести на берег.
{14.40.11} Первым в крепость варваров ворвался Николай, сын Стиго, — муж, весьма известный как своим благородным происхождением, так и благодаря своей могучей силе. {Гибель Николая} Однако при входе он получил такой мощный удар дубиной, что сразу же рухнул наземь. 2Желая закрыть упавшего своим телом, на помощь к Николаю бросился его брат Ако477, но получил ужасную рану в горло. 3Остальные отважно последовали вслед за ними; ‘ворвавшись внутрь’, они, презирая опасность, стали нападать на врага с ещё большей решимостью. 4На подмогу им пришли также те, что остались сторожить [в бухте]. Другие с помощью мачт, которые они приставили к стенам крепости, забирались наверх и оттуда, желая [как можно скорее] прийти на помощь своим товарищам, прыгали в самую гущу врагов. 5Варвары потерпели такое сокрушительное поражение, что из всего их множества не осталось в живых ни одного, кто смог бы принести домой весть об этом побоище. 6Поделив добычу и починив свои корабли, наши здесь же на месте похоронили своих простых воинов478, тогда как тела своих знатных товарищей положили в соль и взяли их с собой на родину479.
{14.40.12} Прибыв в Данию, они узнали, что Вальдемар в сопровождении большого числа вельмож и с королевской роскошью устроил праздник в Рингстадии, где с помощью лундского понтифика, на которого и была возложена обязанность совершить этот обряд, кости отца Вальдемара были возложены на алтарь, а его наряженный в пурпур сын Канут, семи лет от роду, был усажен на королевский трон {Посвящение Канута} и посвящён в короли480.
{14.41.1} После того как были совершены все эти положенные церковные церемонии, прибывшие от Эрлинга понтифик Хельго из города Асло и Стефан из Упсалы, встав на отведённое им почётное место, в смиренных выражениях молили Вальдемара о мире для норвежцев481. 2Они убеждали короля выполнить их просьбу именно в этот день, когда и его сын был увенчан королевской диадемой, и его отцу были возданы соответствующие почести на алтаре. Данью их блестящему умению говорить стало то, что король пообещал позволить Эрлингу прибыть [в Данию] для доверительного разговора с ним. 3По предложению Хельго в Норвегию был отправлен с посольством ещё не излечившийся от своих ран Хесберн, в то время как норвежцы Эрлинг и Ивар должны были остаться у короля в качестве заложников482.
{14.41.2} И сколько Эрлинг сказал Хесберну во время их встречи на тинге грубостей, столько же и тот наговорил ему в ответ дерзостей. 2Оставив Хесберна в своём доме, Эрлинг в сопровождении Стефана Упсальского на четырёх кораблях отправился в Сьяландию, где он и намеревался переговорить с Вальдемаром. 3Абсалон, который сопровождал короля в Ютию, вместе со всем своим большим флотом едва только успел вернуться оттуда, когда узнал, что Эрлинг уже прибыл в Исёрскую гавань. Не желая, чтобы прибывшие испытывали страх, он запретил своим людям даже пытаться проявлять по отношению к ним какую-либо враждебность, при этом сам он [не только] спокойно встретил появление кораблей Эрлинга, но даже более того — отпустив большую часть своего флота, [лично] отвёл его к королю483. 4В первый день [переговоров] тот принял его настолько резко, что Эрлинг совершенно отчаялся достичь согласия с данами и просил через Стефана у Абсалона позволить ему безопасно отбыть домой. 5Абсалон отвечал ему, что он может чувствовать себя в Дании так же спокойно, как и у себя дома, после чего тот вернулся к переговорам и смог добиться мира на приемлемых для себя условиях.