{16.7.3} Увидев, что отряды варваров уже покинули деревню и держат путь к лесу, Абсалон понял, насколько сильно он уступает неприятелю. Решив придумать ещё один способ заставить склавов поверить, что скоро к нему прибудет большая подмога, он велел многим из своих людей сначала скрытно покинуть деревню, а затем распорядился, чтобы они открыто вернулись обратно, причём так им следовало поступить много раз. 2Благодаря этой уловке, действительно казалось, что его войско мало-помалу получает подкрепления. Когда ему не хватило людей, чтобы увезти всю награбленную добычу, Абсалон велел собрать все найденные в деревне богатства и сжечь их в специально разведённом для этого огромном костре, предав огню всё то, чем у него не было возможности надлежащим образом воспользоваться. Уничтожение в пламени такого великого богатства сопровождалось тяжёлыми душевными страданиями слуг Абсалона, на чьих глазах всё это происходило. Закончив с этим, они вернулись к королю.
{16.7.4} Переночевав близ Любины30, он разорил всё, что осталось от здешних поселений, после чего приказал ругиянам навести мост через то болото, которое он с таким трудом преодолел незадолго до этого. Почти без труда вернувшись по этому мосту к своему флоту, наши воины погрузились на корабли и благополучно добрались до ближайшей к реке Пена гавани. 23десь ‘им пришлось долго пережидать сильный шторм’31, во время которого прибыли послы от Бугисклава с просьбой о мире. Король ответил им отказом, хотя после этого он всё равно был вынужден возвратиться домой, так как припасы были уже на исходе.
{16.8.1} Проведя зиму дома32, король с большим войском через Свину вернулся в Склавию и разорил Гротзвину33. 2Однажды, когда во время этого похода Яримар услыхал звук неприятельских труб и хотел было сообщить королю о приближении неприятеля, его остановил Абсалон, который запретил ему доносить что-либо королю до тех пор, пока враги не окажутся прямо у них перед глазами. Тот же отвечал, что ‘ему придётся плохо в обоих случаях’, ведь, если он промолчит, его ни о чём не подозревающие товарищи окажутся в опасности, а его обвинят в беспечности, если же он предупредит их слишком рано, его могут обвинить в трусости. Излишняя спешка с отправкой донесения кажется чем-то позорным, а чрезмерное промедление — безответственным.
{16.8.2} {Жадное стремление к добыче} Не довольствуясь той добычей, которая была захвачена ими в этой области, даны вместе с тем были чрезвычайно возбуждены слухами об огромных, никем ещё нетронутых богатствах Померании34. 2Хотя с самого начала было известно, что впереди их ожидают большие тяготы, противостоя которым данам придётся переносить голод и преодолевать совершенно глухие места, то обстоятельство, что войску предстоит забраться так далеко, никому из них не показалось чем-то особенно трудным, ведь жажда добычи совершенно уничтожила у них страх перед опасностью. 3Утверждалось также, что народ там совершенно неопытен в ратном деле, в самой стране нет укреплённых городов, а местные жители не пользуются доспехами. 4Поскольку же ‘всё, за что брались наши воины, обычно происходило именно так, как это и было ими задумано’, горячее желание побыстрее начать этот поход воспламенило их души. Они надеялись, что удача, уже предоставившая в прошлом столько доказательств своего благоволения к ним, не изменит им и при осуществлении их нынешних намерений. 5Поскольку съестного [в тех местах, через которые пролегал путь данов,] явно не хватало, вскоре после того, как поход начался, не только кони, но также и пешие воины, тащившие на себе тяжелый груз провизии, настолько утомились, что совершенно выбились из сил. 6Всё это и стало причиной, почему в конце концов им пришлось изменить направление своего пути, вернуться на свои корабли и на них отплыть обратно в Юлин.