Деяния Диониса

Хлебцов медовых питомцы, ибо с деревьев ветвистых,
Пьющих на самом рассвете росу небесную вдоволь,
Мед стекает на землю, как будто течет он из сотов,
Плод, рожденный пчелы работящей, премудрой деяньем,
Светлый напиток, средь листьев сам зародившийся, ибо
Фаэтонт, восходящий из вод круговых Океана,
В почву тучную края влагу с волос отряхает,
Плодоносную землю питая лучом животворным -
190 [192]
Вот каков Аризантейи мед! Он радостен многим
Птицам пернатым над током реки пролетающим быстро,
Хлопая крыльями; змеи, кольчатым телом свиваясь,
На стволах иль ветвях подобных пышной короне,
Алчною глоткой впивают лилейносветлую влагу,
Слизывая язычками сладостный плод выделений;
После же насыщенья роса древесная каплет
Сладкой струею медовой из пастей, а не отравный
Сок, что они извергают из глоток своих ядовитых!
Там, на ветвях, что сочатся медом, поет сладкогласно
200 [202]
Славная птица "хори́он" словно разумная лебедь,
Нет, не с Зефиром шумным, что крылья птицы вздымает,
Запевает она с ветерком сладкозвучным согласно,
Клюв открывая искусно (как делают песнопевцы,
Свадебный гимн зачиная невесте под звуки пектиды!);
Птица ж "катре́й" предвещает ливень скорый, обильный,
Птица, что кличет так звонко, с хвостом она ало-пурпурным,
Чье оперение блеском соперничает с зарею!
Часто катрей испускает крики над древом, что ветер
Треплет, и заглушает хориона звонкую песню,
210 [212]
Он, в оперенье пурпурном... Слышат пенье катрея
И говорят, что коленца так свои испускает
Соловей пестрогорлый с первыми солнца лучами!
Также явилось войско мужей, исступленных в сраженье,
Коих неустрашимый Пилойтес, отпрыск Хиппалма,
Ополчил совместно с Биллеем, родичем, в битву;
Также взялись за оружье сибы и племя хидарков,
Также и войско из града Кармины к сбору явилось:
Все они под началом Астрея и воя Киллара,
Бронга сынов, что снискали милости Дериадея;
220 [222]
Также и ло́дьи явились с трехсот островов, что лежали
В море, одни за другими, архипелаг образуя
В совокупности целой, там они находились,
Там, где далек от истоков, Инд двуустый впадает
В море, смеяся лениво средь тростников эритрейских,
Средь пределов восточных, лежащих у брега морского,
Дабы потом затеряться средь эфиопских отрогов;
Там, раздувшись от влаги снегов, подтаявших летом,
Катит он, пядь за пядью, вниз обильную влагу!
Там супруг сей струистый тучную почву объемлет,
230 [232]
Радуя влажным лобзаньем жаждущую невесту!
Множит он струи, желая проникнуть в матерь посевов,
Зачиная собою побеги, растущие вечно
Снова, ведь Нил он - в Египте, Гидасп - на индийском востоке!
Там, топоча копытом по черно-галечным струям,
Плавает в этих водах, странствуя, лошадь речная,
Словно и тот, кто и в Ниле моем поток рассекает
Летним паводком, влажный странник пучин подледонных,
С узкими челюстями; когда же выходит на берег,
240 [241]
Острыми зубьями пасти сквозь заросли путь прорубает,
Влажноплоскою глоткой свою собирает добычу,
Словно серпом срезая злаконесущие стебли,
Урожайное поле без помощи всякой железа -
Вот какое преданье о Ниле, реке семиустой,
Ходит, что будто начало берет он в индийском Гидаспе!
Край островной круговидный оставив, Инду соседний,
Ополчилися вой с их поборником ярым,
Ригбасом, ликом подобным лику самих землеродных!
Старец А́рет внимает призыву Дериадея,
250 [251]
Но не спешит, однако: седую грудь облачает
Меднозданным доспехом, наподобье хитона,
За согбенную спину забрасывает воловий
Щит и перевязь бычью на плечах закрепляет;
Вынужденный сражаться, снаряжает дружину
Он с пятью сыновьями, Ликом, Мирсом и Главком,
С Перифантом и младшим сыном своим, Меланеем.
После того, как под шлемом спрятал старец седины,
Встал он с левого края неукротимого войска,
Детям своим доверив правый край ополченья,
260 [261]
Детям, коим молчанья печать уста оковала,
Речь их связав живую, мыслей и чувств проводницу.
Некогда брачных чертогов порог преступил Лаоби́и
Арет и сочетался с нею законным союзом,
Намереваясь потомство зачать - он славил союз сей!
Только там чудо случилось: на алтаре освященном
Совершал Афродите, вспомощнице брака и страсти,
Приношение юный супруг под брачные гимны,
Шум раздался великий и визг в дворцовых покоях -
Будущее возвещая, свинья там опоросилась,
270 [271]
Разродилася странно и чуждым образом вовсе,
Четвероногих там не было. Вместо этого к брюху