Что же хорошего, коли в облике аспида мнимомРазвязал он девичий пояс невинности, еслиПосле брачного ложа желал погубить он младенца?Зевс на Олимпе владычит, в доме, полном созвездий,Брату власть над простором соленым, морским, предоставТвой же супруг во мраке бездны земной пребывает!Так ополчи же Эриний на гроздолюбивого Вакха -Зреть не могу недоноска владыкою на Олимпе!60 [61]Милости к Дия супруге! К Део́, несомненной богине!Милости к деве Фемиде чистой: пусть храбрые индыОтдохнут хоть немного от натиска Диониса!Смилуйся над оскорбленной богиней, ибо КронионНектар судил Дионису, кровь же распри - Арею!Почитать да не смеют афиняне ДионисаНового, равным не чтут его элевсинскому Вакху,Древнего выше Иакха, что прежде был, не поставят,Да не бесчестят грозды Деметриной плетеницы!"Молвила - и пробудила сочувствие в Персефонейе,70 [71]Ибо притворные слезы струилися по ланитамСредь обольщений... Богиня божеству одолжилаМе́гайру в спутницы. Сердце злобное ликовалоГеры - свирепым оком Эриния будет ей в помощь!Прянула Гера из бездны, шагнула бурной плесницейТрижды и на четвертом шаге явилась у Ганга,Мегайре с ликом суровым показывает на индовМертвых, на войска смятенье, на мощь и натиск Лиэя.Мегайра видит деянья Вакха Индоубийцы,В сердце гнев закипает больший, чем Геры небесной!80 [81]Радуется супруга Зевса Змееволосой,И засмеявшись ужасно, молвит мрачно богине:"Вот как свершают деянья новые боги Олимпа,Недоноски Зевеса вот как воюют! СемелеЗевс единого сына дал, дабы всех погубил онИндов невинных и кротких - неправедному ЗевесуВместе с Вакхом яви же могучесть Ме́гайры-девы,Ибо и боже всевластный, Зевс, преступает законы!Он с лихим тирсенийцем не бьется, что только умеетВоровать беззаконно да грабить купцов на разбойных90 [91]Стругах рыская, зыбь измеряя вод сикелийских!Не карает он племя дриопов бесстыдных, у коихЖизнь - лишь убийство да драки, он индов казнит благочестных,Кои сосцов Фемиды славной млеко вспитали;Горе! В уме божества беззаконье! Бессмертного бога,Столь благого Гидаспа язвит зарницами смертный,Смертный, рожденный небесным отцом всевластным, Зевесом!"Молвила так и в небо прянула. Тихо скользнула100 [99]Мегайра к высям кавказским, спряталась там в пещере,Лик змеевласый сменила, грозного ужаса полный,На совы оперенье; ждала там, пока величайшийЗевс не забудется сном - так велела державная Гера!Дия-супруга слетела к волне гесперийской Хремета,Злоумышляя, туда, где Атла́с, сей старец ливийский,Выю гнул под высокой сводчатой высью небесной.Зефира, ветра ревнивца, Ириду-соложницу ищет,Вестницу Зевсовой воли (она ведь быстра точно ветер!),Дабы послать за туманным Гипносом с быстрою вестью.110 [109]Вот призвала Ириду и молвит ей дружеской речью:"О, благодатного Зефира златокрылатая дева,Эроса матерь благая, ты ветролетной плесницейВ мрачного Гипноса дом гесперийский ступай побыстрее,Осмотри ты и Лемнос прибойный, лишь только отыщешь,Молви - бессонные очи Крониона пусть зачаруетНа день единый, пока я за индов, мне милых, сражаюсь!Преобрази только облик, черно́опоясанной девыНикты прими обличье, Гипноса матери темной,Именем чуждым прикройся, я и сама поступаю120 [119]Так, когда принуждает судьба и преображаюсьТо в Артемиду, то в деву Фемиду, а то в Киферейю!Паситею в супруги сули - за ее снисхожденьеОн мне поможет, бог Гипнос... Тебе я не напоминаю:Ради любовных утех невозможное деет влюбленный!"Гера рекла - и взнеслась златокрылая дева Ирида,Небо рассекши крылами; на Пафос, на Кипра пределыВзор направила острый, на Библа отроги взглянула,На ассирийца Адониса благолюбовные воды,След взыскуя воздушный Гипноса, быстрого бога -130 [129]И отыскала на склонах брачного Орхомена!Оставлял он там часто след стопы быстролетнойУ затворов жилища возлюбленной Паситеи.Снова лик изменила Ирида, невидимой ставши,И приняла обличье незнаемой сумрачной Никты.Злоковарная, рядом с Гипносом встала Ирида,Молвила, ложная матерь, обманнольстивые речи:"Сыне! Доколе Кронидом я презираема буду?Мне Фаэтонта довольно ярости, Ортроса гнева,Мне довольно гонений от Эригенейи жестокой!140 [139]Зевс породил полукровку, чтоб кровного сына унизить!Смертный меня позорит и сына. Всю ночь неустанноРазгоняет мой сумрак своим таинственным светом