Деяния Диониса

Словно тур разъяренный, скачет, тряся рогами,
Мчался бог, испуская мык устами в безумье.
130
Пана оставила Эхо и песнею, отзвуком гулким,
Гласом, терзающим душу, откликается только
На бессмысленный рев обезумевшего Диониса.
Робких и кротких ланей, и львиц косматосвирепых
Гонит буре подобный Вакх, забавляясь охотой.
Лев ни единый, свирепый, не смеет приблизиться, робко
Прячется в тайной пещере медведица в скалах укромных,
Устрашенная бога Лиэя неистовством грозным.
Слыша рычанье и вопли в слухе настороженном,
Змей, свернувшихся мирно огромными кольцами в камнях,
140
Бог безумный на части рубит безжалостным тирсом;
Надвое колет скалы он рогатой главою,
Львов пронзает он племя, молящее о пощаде;
Вырывая из почвы деревья в полном расцвете,
Гамадриад разгоняет, рушит речные долины,
Оставляя без дома нимф, обитающих в реках.
Бассариды бежали в ужасе перед богом,
Сатиры в море искали убежища в страхе великом,
Нет, никто даже близко подойти и не смеет,
В страхе, что одержимый на них набросится с ревом,
150
Белые хлопья роняя с губ (о, признак безумья!).
Дериадей же с отвагой двойной на вакханок стремится,
Ибо низвергнут Бромий по наущениям Геры!
Словно бы зимнею бурей, вздымающей валкие зыби,
Несудоходное море поднято к самому небу,
В коем до туч поднебесных несется белая пена,
Где и канаты и снасти срывает бушующим валом,
Паруса истерзавшим, где ветры гнут неустанно
Мачту вместе с льняными растяжками и снастями
Вкруг обвившихся рей, и брус поперечный ломают,
160
Где мореходцы надежду на жизнь уж похоронили -
Так на Вакхово войско индийский Арей напустился!
Более не было строя в битве или порядка
В единоборствах, неравны силы отныне казались,
Ибо вернулся к сраженью медный Арей неустанный:
Принял он облик Модея, ненасытимого битвой,
Коему в радость казались безрадостные убийства,
Кровопролитие боле застолья его веселило,
Нес на щите он Медусы лик прекрасноволосый,
Темя ее оплетали аспиды, словно кустарник;
170
Равен Дериадею сей воин, обликом схожий
Неулыбчивым, страшным, неумолимым, суровым
С повелителем индов, схож и оружьем, и гербом!
Словно Арей ярился он в самой гуще сраженья,
Помощь своим подавая. Вопль испустили единый
Инды бесстрашные, видя, что нет в сражении Вакха.
Вскрикнул Арей всегубящий как рать из тысячи воев -
Рядом Эрида летела, и в битве свирепой и ярой
Фобос и Деймос встали подле Дериадея.
В дебрях Бромий скрывался, и пред повелителем индов
180
Рать бежала, гонима Ареем - и спал Громовержец!
Все смешалося в битве беспорядочной, в коей
Бассарид ополченье недруги окружили,
Многих поубивали в этом бегстве единым
Взмахом железного дрота - молвите, о Гомериды
Музы, кто пал, кто убит от дрота Дериадея!
Айбиало́с, Тиами́с, Орме́ниос и Офе́льтес,
Кри́асос, Аргаси́д, Теле́бес, Антей Ликтийский,
Тро́ниос и Аре́т, Молене́й, копьеборец умелый,
Ко́маркос храбрый, могучий - всех их копье поразило
190
Дериадея (о, войско мертвое!)... Павшие в битве,
Кто на песке простерся, кто у вод быстроструйных
Принял свою погибель, кто у самого моря,
Прямо у скал прибрежных, настигнут дротом железным,
И Нерей арабийский павшим стал погребеньем!
Этот бежал по горным тропам быстрой стопою,
Керы своей убегая, а этот, дротом умечен
В спину, заполз в кустарник, в самую гущу деревьев,
Бромия умоляя бежавшего о спасенье.
Пал Эхе́лаос юный на землю непогребенным,
200
Пораженный скалою, пущенной дланью Моррея,
Был он с Кипра и первый пушок покрывал его щеки,
Пальме стройной подобный. В этой яростной битве
Юноша нежный, чьи кудри никем не стрижены были,
Светоч сжимая во дланях, сраженный там, где природа
Соединяет бедро со туловом костью сустава...
Умер он, крепко сжимая во дланях светоч священный
Из сосны, еще тлевший, и огнь от факела пряди
Также зажег, и в пепел вместе они обратились!
Жестокосердный воскликнул Моррей, над ним надсмехаясь:
210
"Мальчик, чужой ты отчизне, вскормившей тебя понапрасну!
Милый Эхе́лаос, лжешь ты, что родом с самого Кипра!
Разве от Пигмалиона ты происходишь, Киприда
Коему многие лета дала и доброе здравье?
Разве помог тебе ныне Арей, соложник богини?
Ведь тебе Киферейя бега годов неисчетных
Юному не даровала иль колесницы катящей
Без остановок, чтоб смог ты бежать от судьбы на повозке,
Долго правя упряжкой мулов с бегом неровным!
Нет! Ошибся я! Родом ты всё же с прибрежия Кипра: