Выбрать главу
Эрос дерзкий и меткий, и в радости веселяся, Гименея ладони пытался отнять от лика. Встала рядом Аглая, из дланей прияла награду Сладких томлений владыки, после отводит в сторонку, И призывая к молчанью, Эросу молвит на ушко То, что сказать повелела словом лукавым хозяйка: "Всеукрощающий! Неукротимый! О, жизни податель! Поторопись! Киферейя просит! Одна ведь осталась, 110 [111] Ныне богиня - Харита ушла, Пейто убежала, Потос непостоянный исчез, только я и осталась, Дабы, владыка, явиться к тебе за стрелой всепобедной!" Молвила только, а Эрос уразумел уж посланье! Ибо понятлива юность, и не окончены речи, А она уже начало, конца не дослушав, познала! Так он, вспыхнув, воскликнул, и гневная речь полилася: "Кто же обидел Пафийку? На всех и на всё ополчуся За нее! Коли матерь будет в печали и в страхе, Непобедимой стрелою я и Зевеса умечу! 120 [121] Так что в неистовой страсти взмоет орлом в поднебесье Снова иль кинется в море быком, разрезающим зыби! Если обидела дева Паллада иль Хромоногий, Кекропийское пламя снова на матерь подвигнув, Стану с обоими биться, с Афиною и Гефестом! Ежели Лучница снова, Звероубийца, вспылила - Горний меч Ориона высмотрю в поднебесье, На Артемиду направлю, на землю повергну богиню! Резвоплесничного Майи отпрыска унесу я Вдаль на крылах, пусть кличет Пейто свою понапрасну! 130 [131] Я и без стрел всемогущих, лука с колчаном не тронув, Усмирю Аполлона лавром густоветвистым И свяжу говорящим венчиком гиацинта!
Не трепещу я пред мощью Эниалия-бога - Сладостным поясом страсти опутаю руки и ноги, Двух божеств лучезарных совлеку я на землю И отправлю на Пафос, в спутники к матери милой, Фаэтонта с Клименой, Эндимиона с Селеной, Дабы и боги узнали, что всех я в мире могучей!" Молвил и быстрой стопою прянул в высокое небо, 140 [141] И быстрее гораздо Аглаи с парою крыльев Он оказался в жилище разгневанной Афродиты. Встретила мальчика тут же, радуясь сердцем, богиня, Заключила в объятья, приподняла, посадила Эроса на колени, милое бремя, и сладко Целовала его в уста и в очи, ласкала Дланию лук и стрелы, дотрагивалась до колчана, И говорила будто во гневе хитрые речи: "Ах, дитя, ты забыл Фаэтонта и Киферейю: Пасифая не хочет с быком любовного ложа, 150 [151] Надо мною смеется Гелий! Астридово семя, Внука, Дериадея в сражение ополчает На погибель вакханкам женолюбивого Вакха! Сатиров Бромия страстных хочет сгубить, уничтожить! Боле всего тревожит, что в облике смертного мужа Бурного в битве Арея и Энио ополчает, Невзирая на прежний пыл его к Афродите, По наущениям Геры против идет Диониса, Индов царю поборая... Что ж, коль Арей пособляет Дериадею, сражайся ты за бога Лиэя! 160 [161] Дрот у него - но лук твой сильнее гораздо, пред ним же Зевс всевышний склонялся, Арей могучий, Гермеса Сила, и Стреловержец сам сего лука страшится! Милый мой мальчик, ах если б Пеннорожденной помог ты, За бассарид сражаясь, за нашего Диониса! Поспеши же к эойским пределам земли поскорее, К индов просторной равнине, где есть служанка Лиэя Среди войска вакханок, сияющая красотою, Именем - Халкомеда; ведь если деву эту поставить С Афродитою рядом на отрогах Либана, 170 [171] То не смогут, мой мальчик, выделить Афродиту! Так ступай же туда и безумному Дионису Помоги, и Моррея срази красой Халкомеды! Дам я тебе награду благую за выстрел из лука, Скованный богом лемнийским венок, сияньем подобный Гелия жаркому свету! Сладкое жало метнувши, Ты угодишь обоим, Киприде и Дионису! Так почти нашу птицу, вестницу сладких желаний, Знак сочетания в счастье, счастливого сердца во браке!" Молвила - Эрос от лона матери спрыгнул мгновенно, 180 [181] Лук сжимая покрепче, колчан закинув за плечи, В коем стрелы теснились всеукрощающей страсти! Прянул пернатый мальчик в неба просторы, близ Керны Развернул он крылья против Эос искристой, Улыбаясь тому, что лучистого в небе возницу Некогда он спалил огнем своей крохотной стрелки, Так что сияние страсти затмило сияние Солнца! Вскоре он оказался в средине индского войска, Лук опирая о выю прекрасной Халкомедейи 190 И овевая ланиты оперением жала, В сердце умети л Моррея стрелою... После, взбивая Воздух своими крылами, прянул обратно он в небо, Прямо к воротам отчим, мерцающим средь созвездий, Инд оставив горящим пламенем пылким любовным! Сладкотомное пламя тело его охватило -