Деяния Диониса

Речка там зажурчала, струями млека белея,
Благовонным дыханьем ветерок вдруг повеял,
Сладостнейшим бальзамом и маслом воздух наполнив,
И всемогущий Эрос, начало сего мирозданья,
Жизнеподатель, возница, связь и крепитель вселенной,
130 [131]
Тут у богини родился при появленье на бреге,
Резвоногий мальчишка, забил как мужчина ногами
И без подмоги извне́ нашел он дорогу из лона...
Сильно стучал он в тело зачавшей без мужа богини,
Страстно желая родиться; крылья затрепетали -
И единым порывом врата он рожденья покинул,
Кинулся на руки, быстрый, блестящие матери милой,
Эрос, к высокой груди прильнув Афродиты-богини,
Стал высасывать млеко, зная, как сладостной пищей
Глад утолить, неученый... Стал сжимать он губами
140 [141]
Эти перси, что ране не ведали прикосновенья,
Ненасытно впивая млеко из груди округлой!
Корень жизни, Бероя! Кормилица весей, героев
Слава, Айона сестрица, ровесница миропорядка,
Дом Гермеса, равнина Дики и место законов,
Храм Евфросины, Пафийки дворец и жилище эротов,
Сладостный край Лиэя, укрывище Лучницы-девы,
Нереид украшенье, дом Дия, Ареево ложе,
Ты и Харит Орхомен, ты светило пределов Либана,
Сродница ты Фетиды, древняя как Океана
150 [151]
Струи, брачный покой любовью пылавшего старца,
С девой Фетидой на ложе соединенного браком,
Дочерь отца, Амимона по имени, кою Фетида
Родила средь зыбей, сей плод любви с Океаном!
Есть сказанье древне́е, по коему матерью града
Киферейя была, дарящая жизнь мирозданью,
Ассирийцу Адонису принесла она дочерь
Девять кругов совершила по небу богиня Селена -
В тягости Афродита была... Но пред самым рожденьем
Вестник явился с табличкой латинской, грядущее зная,
160 [161]
Бог Гермес о рожденье пришел возвестить Берои.
Илифи́ей Фемида стала. Помощь малютке
Оказала заботливо в трудном пути изо чрева,
Боль родовую смягчила, сопутствующую рожденью,
Свиток Солона во дланях сжимая. Мучаясь болью,
Ухватилась Киприда за богинины пясти,
И, наконец, разродилась, и на аттической книге
Дочерь разумная миру явилась - лаконские жены
Так сыновей рожают на щит из шкуры воловьей!
Вот и пришла малютка в сей мир из цветущего лона,
170 [171]
Майи сын повитухой был, хранитель закона!
Лишь дитя народилось, омыли и умастили
Девочку все четыре ветра, промчавшие в высях,
Дабы землю Берои благословить на законы.
Словно первый блюститель дитяти и по сегодня,
Проложил Океан как пояс теченье близ суши
Кругообразное влаги, вечно бурлящею пеной,
Старец достойный, Айон, обвил покрывалом богини
Дики тельце малышки сразу после рожденья,
Будущее прозревая, сбросил он старости бремя,
180 [181]
Так и старую кожу змея мгновенно меняет...
Весь он во влаге закона омылся и сделался юным!
Дочерью лишь разрешилась Афродита-богиня,
Песнью четыре Хоры хвалебной тут же взгремели;
О разрешенье от родов Пафийки только проведав,
Возликовали звери: лев, исполнясь веселья,
Языком своим лижет радостно бычий загривок,
Бык же мычит, довольный, под львиной пастью свирепой;
Радостно роет копытом землю конь своенравный,
Звонкий гул раздается от этих мощных ударов;
190 [191]
А леопард с пятнистой шкурой в прыжках презабавных
В воздух взвивается резво близ пугливого зайца;
Вот завизжал по-щенячьи волк в великом веселье,
И покусывает овцу в умиленье счастливом;
Вот, оставив ловитву в лесах на оленей и ланей,
Сладостное томленье радости ощущая,
Пес пускается в пляс, состязаясь с вепрем свирепым;
Вот на задние лапы медведица поднялася,
Обнимает телицу, ее нисколько не раня;
200
Вот заскакал теленок, бодаясь как будто бы с кем-то,
Льнет он с лаской ко львице дикой, толкает и лижет,
Сам же еще и мычать-то как следует не умеет!
Вот ядовитые змеи слонов касаются с лаской;
Слышен радостный ропот дубрав, с умиленьем сердечным
Сладкоулыбчивая Афродита на это взирает,
Радуясь в сердце, что звери рожденью малютки ликуют;
Всё она озирает в округе взором счастливым,
Только от дикого вепря взгляд богиня отводит
Радостный, ибо знает, пророчица: в облике зверя,
Брызжущего с изострых клыков слюною, Адонис
210 [211]
Будет Ареем низвергнут в ревности яробезумной!
Вот малютку Берою веселую принимает
В длани дева Астрайя, кормилица мирозданья,
Всех существ золотого века хранящая вечно,
Кормит грудью премудрой дитя, что знает законы!
Вместе с млеком девичьим лился и ток убежденья
В губки младенческие, в уста дитяти вливала