– Могилу себе вырой, вот и будет тихая лежка, – от души посоветовал Кварк, отступая. – Пошли, мужики! Он остается, и отлично! Пусть проваливает!
Сталкеры вытянулись цепочкой, никто даже не оглянулся на оставшихся лежать мертвых товарищей. Шрам не испытывал к ним ни злости, ни отвращения, скорее жалость.
Старательно хромавший в середине строя Кварк оглянулся. Шрам помахал ему рукой.
– Забудь мое имя, дезертир!
– И ты не кашляй!
– Дезертир!!!
Сталкеры уходили все дальше. Забравшись на мусорную кучу, Шрам еще раз окинул взглядом окрестности. Охотиться на членов группировок здесь, пожалуй, и в самом деле не стоило, но если Мусорка – место постоянного паломничества сталкеров, то это даже еще лучше, сойдут и они. Только далеко уходить ни к чему, благо еда имеется.
Почти рядом с Мусоркой чернели выжженные старым пожаром остовы одноэтажных домишек, к ним Шрам и направился. Хорошая лежка – вот что сейчас главное: ведь скоро Выплеск, его надо где-то пересидеть. Еще нужно отыскать воду, коньяком жажду не утолишь.
Через полчаса он уже подходил к первому дому. От крыши почти ничего не осталось, и Шрам решил все же устроить привал, уж очень кружил голову голод. Если сверху никто не нападет, то можно не беспокоиться и за спину. Он трясущимися руками разорвал натовский паек, обнаружив там рис и какие-то котлетки.
Одной порции не хватило. Шрам открыл ножом банку шпрот и справился с ней в рекордно короткие сроки. Потом закинул в рот пару кусочков печенья и полез в пакет за сигаретами.
– Дезертир!
Голос донесся из-за угла – кто-то стоял за стеной.
– Не стреляй! Дезертир!
– Кто здесь?
Хриплый тенорок никак не мог принадлежать Кварку.
– Ты не стреляй, слышь, Дезертир?.. Я тебя увидел и вспомнил что-то. Можно к тебе подойти?
«Бомж какой-то? – Шрам сунул сигареты обратно в пакет и поднялся. – Обознался, наверно».
Из-за угла высунулась остренькая, заросшая редкой щетиной мордочка. Лукавая такая. Потом, продолжая заискивающе улыбаться, незнакомец показался целиком. На голове шляпа с обвисшими полями, на плечах длинный плащ. Очень сутулый, почти горбатый.
– Не стреляй, Дезертир! – снова проблеял он. – Не помнишь меня? Может, виделись? Прежде?
– Вряд ли.
Шрам направил на бомжа автомат, быстро оглянулся. Вроде бы все нормально.
– Поесть бы мне… – Бомж сделал маленький шажок. – Хоть косточку поглодать, хоть корочку пососать. Хожу-брожу, а пищи добыть не умею. Я тебя как увидел, когда ты от Мусорки шел, так сразу и екнуло сердце: Дезертир! А откуда знаю, не помню.
«Ах ты, старый жулик! – мысленно выругался Шрам, нагибаясь к рюкзаку. – Подслушал и стараешься в доверие втереться, попрошайка. Ладно, немного помогу».
Он бросил старику остатки печенья. Тот неожиданно ловко подхватил сверток, сделав при этом еще один шажок, совершенно не нужный. Осыпаясь крошками, бомж сразу стал грызть угощение, поглядывая на благодетеля.
– Здесь есть кто-нибудь? – Шрам кивнул на выгоревшее селение. – Группировка или сталкеры?
– Никого. Тихое местечко. Позволь, присяду?
Шрам кивнул, и бомж сел, придвинувшись еще ближе. Теперь их разделяла всего пара метров.
– Памяти лишился… – горестно протянул старик и забросил в рот последние крошки.
«Печенье он сгрыз изумительно быстро, – отметил Шрам. – Значит, зубы в порядке. Что ж, это дело обычное, ведь на самом деле он не старик. В Зоне не старятся…»
– Хожу, брожу, ни к кому пристать не умею, – продолжил жалобы бомж. – От зомби сколько раз убегал, пока мое счастье. Сижу тут, воронами дохлыми питаюсь, с крысами за огрызки воюю. Никто не помогает. Ты бы дал мне еще что-нибудь, добрый человек? Мы ведь наверняка были знакомы, Дезертир. Изменился я, знаю…
– Может, и угощу, – кивнул Шрам, снова достав из рюкзака сигареты. Прикурив две, одну бросил бомжу, но тот отчего-то сморщился. – Как тебя называть?
– Да никак… Не помню своего имени, а вот твое вспомнил.
Бродяга крутил сигарету в пальцах, время от времени совал в слюнявый рот, но не затягивался.
– Есть хорошие подвалы в этих домах? – спросил Шрам.
– Есть! Очень хорошие. Хочешь, провожу, покажу? Будем соседями! Я лежку твою сторожить могу, всех тварей повадки знаю! – Бомж вскочил, незаметно выкинув сигарету. Бодро вскочил, без напряжения. – Идем, Дезертир, идем!
– Не торопись…
Шрам выпустил дым, пристально глядя на старика, и тот отвел глаза, снова сморщился.
– Ждать плохо. От Мусорки иногда люди проходят, прямо здесь. Плохие люди. Дезертир, нравишься ты мне. Идем, покажу кое-что. Артефакты! Я ведь тут живу, после Выплесков раньше всех к Мусорке успеваю… – Бомж придвинулся еще ближе, чуть-чуть. – Идем!