Дезертир помедлил с ответом, обходя аномалию. Похоже, «комариная плешь». Отчего-то он понял, что она находится здесь не просто так. Гравитационная аномалия включена в огромную сеть таких же, с ними связана сила телекинеза гоблинов…
«К черту! – Дезертир оборвал свои мысли. – Мне это не нужно, не интересно. Это Зона зовет. Лжет или говорит правду – не важно. Если я захочу разобраться, помедлить еще, присмотреться к ней, то всему конец. Так она поймала многих, но меня Зоне не видать».
– Так ты знаешь, что мы ищем? Нет, конечно! – снова затараторила за спиной Норис. – Я не могу сейчас тебе сказать. Но это… Это по-настоящему важно. И мы найдем, осталось совсем немного, все подходы к ЧАЭС изучены. Ты вовремя к нам пристанешь, если руководство сочтет мои рекомендации весомыми. А я, знаешь, хотела бы, чтобы ты стал «искателем».
– Зачем?
– Не знаю… – Он не видел, но понял, что девушка кокетливо дернула плечом. – В общем, ты неплохой парень. Ты мог бы стать «искателем». Только нам надо идти не к шоссе, а к одной из запасных лежек, там переждем Выплеск, а уж потом я свяжусь со своими. И еще учти: если ты согласен, то мы квиты. Я свое слово сдержу и буду просить за тебя. Обещать наверняка не могу, но… Дезертир, мне не нравится твое имя. Для рекомендации я, пожалуй, буду тебя как прежде называть, ну а там уж Зона сама имя придумает. Ты меня слышишь?
– Я не хочу в «Искатель», – просто ответил Дезертир. – Спасибо за предложение. Я вижу трубы на востоке, а слева, похоже, разрушенный мост. Сверься с картой.
– Я тут ходила, все верно, – буркнула Норис. – Чем же тебе так не нравится «Искатель»? Наслушался глупостей о нас, да? Я думала, ты умнее. Посмотри вокруг: Зона полна не людьми, а животными, быдлом. Все сходят с ума, превращаются в каких-то марионеток – ходка, ночь пересидеть, отбиться от мутантов, потратить рубли на экипировку, снова пойти на ходку. Так до конца, если совсем не сбрендят, тогда записываются к идиотам из «Чести» или к святошам в «Искупление». Которых, между прочим, еще неизвестно, кто финансирует!
– А вас кто финансирует? – без всякого интереса спросил Дезертир.
У входа в поселок крысиные волки рвали чье-то тело. Рядом в куче гильз валялся автомат, из разорванного рюкзака высыпались контейнеры. Сталкер нашел свою смерть.
– Нас финансируют фонды… – Норис осеклась. – Просто фонды. Человечество нуждается в будущем, иначе мы задохнемся на планете в собственном дерьме. Зона – путь для нас в другие измерения, и мы давно бы его нашли, если бы не правительства ведущих стран, если бы не идиоты, охраняющие Кристалл от простых людей.
– Кристалл – это то же самое, что Пьедестал и Исполнитель Желаний? – улыбнулся Дезертир.
– Дурак!!!
Он обернулся и увидел дрожащий ствол. Словно жало скорпиона, готового ужалить.
– Ну тише, тише. Не играю я в ваши дурацкие игрища, не интересуюсь. Пусть будет Кристалл, пусть будет путь в другие измерения. Ищите да обрящете. Пошли.
– Дурак… – зло повторила Норис, переводя дыхание. – Ты равняешь нас с этими, из «Пьедестала»? Да они, если хочешь знать, вообще зомбированы, все! Мы – совершенно другое дело, мы – свободные люди, добровольцы. Мы – посланцы будущего, молодые земляне!
– Да, да, конечно, – кивнул Дезертир. – Разве я против? Просто не достоин быть членом вашего уважаемого братства. Идем.
Норис перестала приставать, перешла на бурчание себе под нос. Насколько Дезертир мог расслышать, в основном ее речи сводились к довольно грязным ругательствам в адрес спутника, тупого быдла, думающего только о брюхе.
Примерно к середине дня они достигли шоссе. Оно было недурно наезжено: прямо по разбитому, смятому асфальту проходила глубокая колея. В качестве места для засады Дезертир облюбовал штабеля толстых досок, в незапамятные времена зачем-то сложенные вдоль дороги на протяжении сотни метров. Древесина давно сгнила, но просевшие, частью обрушившиеся штабеля еще могли служить прикрытием.
– Давай-ка договоримся о цене, – снова завела Норис свою песню. – Я должна тебе еще тысячу восемьсот тридцать. Что ты собрался делать?
– Это зависит от того, кто перед нами появится, – пожал плечами Дезертир. – Мне нужен хороший грузовик, с грузом или нет – все равно.
– И как будешь его останавливать? Мне предложишь, на скаку, как женщине из русских селений?
– Ты встанешь у шоссе и просто проголосуешь. Как это делается, помнишь? «Воля», насколько я понимаю, с вами не воюет, – пояснил Дезертир. – Будешь махать рукой и кричать. Под колеса не бросайся, они сами остановятся.
– Остановятся, – кивнула Норис. – Кто бы не остановился? Гранатометом можно многое сделать, я уж не говорю о фугасах… Но что я им скажу? «Выйдите из машины с поднятыми руками»? После этого «вольновцы» получат право меня пристрелить, а сами сдадут назад. Они ведь знают, что крысы живых свидетелей все равно не оставляют. И еще! – Она опомнилась, хлопнула себя по лбу, – Я в форме «Искателя»! Ты хочешь, чтобы про нас слава пошла: машины чужие грабим перед Выплеском? Нет.