Когда и с веревкой было покончено, Каша решил, что пора идти. Однако Паля, придирчиво осмотрев подчиненных, решил себя еще и взбодрить. За пазухой у него оказалась большая фляга, из которой проводник сделал не меньше пяти солидных глотков.
– Мне можно? – попросил Каша.
– Нельзя.
И они пошли вниз, к журчащей воде. По пути проводник трижды сворачивал, выписывая на склоне ломаную линию. Каша, уже зная, чем чреваты в Зоне шаги в сторону от маршрута, старательно следовал за ним. А вот Лысый плелся как придется – насколько позволяла ему длина веревки, конечно.
– Точка первая – поселок, – кинул через плечо проводник, когда они достигли ручья. – Вон там, правее длинного дома, где пять сосен.
Каша пожал плечами: ему-то что за дело? Паля ведет. Но тут же он подумал, что проводник, возможно, только что дал координаты сбора в случае, если отряду придется рассеяться.
«Правее длинного дома, у пяти сосен, – старательно повторил он про себя. – И не расслабляться! Ты должен когда-нибудь выбраться из этого дерьма, Никита!»
По пути Каша так старательно крутил головой, выполняя приказ Пали, что она даже закружилась. Поневоле брала зависть к Лысому: бредет себе и бредет. Между тем вокруг все было спокойно, вот только под ногами пару раз оказались чьи-то кости.
До поселка добрались быстро, за каких-то полчаса. Паля только два раза выходил из ручья, даже Каше было слышно, как пищит детектор. Какие именно сюрпризы приготовила Зона идущим по воде, он решил не спрашивать. И так хватало забот: смотреть назад, вправо, влево и еще вперед – на Лысого. Бомж несколько раз падал на колени, все же тяжеловат оказался для него рюкзак. Даже бормотать перестал.
Наконец они вышли из крохотной долинки и оказались возле почти полностью разрушенного частного дома.
– Ракета, – уточнил проводник. – Помню, как вертолеты тут кого-то грохнули.
– Человека? Они по всем людям стреляют?
– Это у них от настроения зависит. Или от задания. Скорее всего, людей тут не было, просто движение. Эти пятнадцать метров, от плиты и до тех кустов, из дома просматриваются. Но у Хорса не сто глаз, так что пробежим. Скорость моя, не обгонять, ясно?
Каша кивнул. Присевший на груду кирпичей Лысый не отреагировал никак, он только рассматривал с детским изумлением свои руки.
– Поднимай его. По счету три.
Они приготовились. Каша, предполагая, что Лысого придется толкать или даже тащить, решился закинуть «калаш» за спину. Всякое может случиться, конечно, но хуже крупного калибра трудно себе что-нибудь представить.
– А если там эти, Паля…
– Аномалии? Детектор на мне, не дрейфь. Три!
Он с максимальной для себя скоростью похромал через открытое пространство. Каша толкнул вперед Лысого, и тот, конечно, сразу свалился. Пришлось поднять его, дать пинка, что-то крикнуть Пале в ответ на его ругань… Через несколько секунд все трое оказались под защитой стены высокого кустарника, рядом с пятью тонкими соснами.
– Да ложись же! – прошипел проводник. – Кусты от глаз спасут, а не от пули!
И тут же застучал пулемет. Далеко, Каша даже не понял бы, где именно, если бы не знал точно. Он вжался в землю, вонзил в нее пальцы. Паля захихикал.
– Страшно? Звук бы потом пришел, дурачок, ты бы его уже не услышал. Это наш друг Мачо пожаловал, сейчас они там переговоры затеют.
– Зачем же стрелять? Факер приказал пулемет в окно выкинуть! – вспомнил Каша.
– Так сперва надо показать, что он есть, а уж потом кидать. Ну или Хорс их разогнал из-под окна, чтобы по голове пулеметом не угодить. Неважно, мы уже слишком далеко. Пока разберутся, пока попробуют достать…
– Зачем мы им? Из-за груза?
– Груза в доме больше осталось. Но не на все вопросы можно получить ответ, видишь ли. Вдруг есть причина нас достать? А мы уже далеко, и это чертовски приятно. – Паля достал сигареты и в виде исключения поделился с Кашей. – Мачо – новый хозяин, а мы по-прежнему на Червя работаем.
– Он жив, ты думаешь? – Каша опомнился, пристроил поудобнее автомат. – То есть мы вернемся?
– Ты уже спрашивал. Вряд ли вернемся, дорожка трудновата и в один-то конец сходить. Червя, конечно, Факер уже порешил. Ну не дурак же он – запасы свои скрывать! – Паля тихо посмеялся, снова достал флягу. – Ох, Червь, смешной мужик! Решил, что если ему пощады от Мачо ждать не приходится, то и остальные на его стороне. Сафик, конечно, жалел Сосо, он Мачо ненавидел, но и своя рубашка ближе к телу… Я бы мог помочь и Малька уговорил бы сторону сменить, но ведь Червь сам рискнул, дал мне дело на миллион. Миллион – это выкуп… Сам меня от обязательств освободил, ну и просчитался. Надо было раньше.