Пробка перед контрольно-пропускным пунктом растянулась на два квартала. Крис ожидала большего, но много машин было припарковано у тротуаров и у людей появилось много свободного времени, пока охранники доберутся до их машины. Крис высунулась из окна. Машины, одна за другой, проезжали мимо охранников. Пара получила сигнал припарковаться поблизости для более тщательного обыска.
Крис провела ладонью по халату, чувствуя неестественные бугры от обернутых вокруг тела вещей. Сейчас ей нельзя допускать, чтобы ее обыскивали.
— Нелли, ты уже составила отчет о происходящем на заводе?
— Да.
— Сможешь создать гонцов, чтобы в них скопировать этот отчет?
— Конечно. Я могу перенести немного саморегулируемого материала Тру на нанос. В результате получится четыре с половиной посыльных. Надеюсь, сегодня вечером тебе не обязательно надевать корону.
— Обойдусь. Пошли одного посланца на север, пусть доставит сообщение сенатору Криф. Второго отправь на запад, нужно отправить сообщение той женщине-репортеру, что так нравится инспектору Клаггату. Третье отправь на восток, пусть дозванивается до Хилтон, в мой номер. Четвертое, самое крупное, пусть отправь к послу. Запусти его на юг.
— В радиусе двух миль они постараются найти ближайший сетевой доступ, подключатся к нему и начнут передачу. Нужно ли попытаться вернуть их?
— Нет. После передачи нужно, чтобы они полностью растворились. Никаких улик. Но пусть посланец к послу пройдет только одну милю.
— Все, они ушли.
Должно получиться, если дождь продержится еще немного.
Машины двигались медленно. Еще несколько автомобилей отодвинули в сторону для более тщательного досмотра. Пассажирам одной из машин пришлось даже руки поднять, потому что им угрожали пистолетом. Воздух был душным, тяжелым от испарений. Один водитель решил выскочить из очереди и рвануть обратно, но охранник в серой униформе тут же подбежал к нему и приказал не покидать очереди.
— Ребенку нужно в туалет, — прозвучала пронзительная мольба.
Но даже ребенок не получил пощады от охранника.
— Используй бутылку.
Водитель такси прибавил музыке громкости и к барабану на руле добавил хлопанье ладонями. Еще пять машин и на него обратили внимание хмурые инспектора в серой форме. Стоны Крис больше не были поддельными. Зубы стучали друг от друга, а череп готов вот-вот расколоться. С другой стороны посмотреть, во рту больше не было сухо. Она сплюнула на дорогу, плевок красной блямбой плюхнулся на асфальт.
— Нелли, как скоро сообщение придет к послу?
— Посланник работает хорошо и быстро, но отправка может занять какое-то время.
Музыка продолжала грохотать. Трафик продвигался вперед рывками. Водители других машин тоже прибавили звук в магнитолах, и из каждой машины лилась своя волна. Крис прислонила, было, голову к двери, но быстро отдернула ее. Дверь вибрировала, как перегретый лазер.
Взвизгнув шинами, машина впереди тронулась с места. Таксист тронул машину, проехал пару метров, остановился. Человек в сером заглянул внутрь, потом наполовину влез внутрь кабины и отключил магнитолу.
— Я уже полчаса мечтаю сделать это.
— Эй, начальник, зачем ты это сделал? Дат — прекрасная музыка. Расслабляет нервы, — возмутился таксист, продолжая выстукивать ладонями по рулевому колесу в такт затихшей музыке.
— Куда едешь?
— В центр, к стоматологу. Видишь старого пердуна на заднем сиденье? У него с зубами проблема. Сказал, заплатит вдвое, если я довезу его быстро. Так и было до того, как вы тут все перекрыли. Слышь, начальник, ты мне стоишь денег.
— Будет хуже, если мы найдем того, кого ищем. Дай, посмотрю на твою лицензию.
Таксист принялся вытаскивать лицензию из пластикового конверта, выставленного напоказ пассажирам. Пока он разбирался, между двумя машинами охраны и черно-белой полицейской машины, припаркованными у контрольно-пропускного пункта, раздались крики.
— Нелли?
— Захватили одно из сообщений.
— Перехватили или скопировали?
— Не могу сказать точно. Но они знают, что это сообщение, которое не хотят, чтобы уходило за пределы… и они знают, откуда оно пришло.
Таксист, наконец, достал лицензию, но охранник только мельком взглянул на нее, разделив внимание на кого-то, обратившегося к нему од одной из других машин.
— Тебя как зовут? — обратился он к Крис.
— Старый пердун ни бельмеса не понимает по-английски, — сказал таксист и выстрелил в Крис потоком арабских слов. Та застонала, поднесла руку к распухшей щеке, пробормотала что-то невнятное. Слова потерялись, когда мимо промчалась первая машина, полная охранников из «Надежной охраны», а вслед за ними и черно-белая полицейская машина.
— Саид аб Тован, — сказал таксист.
— Двигай дальше, — сказал человек в серой униформе и побежал к последней оставшейся машине, подгоняемый криками старшего.
— Подожди, пока не уедут, — прошептала Крис.
— Я так и хотел, — ответил водитель, его английский внезапно стал таким же хорошим, как и у Крис. Он подождал, пока не уедет последняя машина охранников, плавно тронулся с места… и включил радио, только теперь потише и на другой волне, музыка, полившаяся оттуда, внезапно, понравилась Крис.
Несколько машин обогнали их, пытаясь наверстать время, упущенное на вынужденной остановке. Остановившись на перекрестке, водитель повернулся к Крис.
— Куда тебя отвезти?
— К лифту, — сказала она, выплевывая подарок Сорир.
— Одна быстрая поездка к бобовому стеблю, — кивнул водитель, подавая сигнал о намерении смены полосы движения. — Полагаю, ты знаешь, что все это значит.
— Наверное, да, — сказала Крис.
— Только дядя Абу сказал, что ты наверняка мне ничего не расскажешь.
— На твоем месте я бы слушалась дядю, — сказала Крис, поспешно снимая жилет и начиная снимать с пояса плащ и униформу горничной.
— Да, но старые пердуны всегда напуганы. Когда ты молод, ты должен немного пожить в удовольствие, — он улыбался, когда говорил это.
— Если прислушиваться к старым пердунам, можно прожить немного дольше, — сказала Крис, раскладывая коричневую форму и снимая с себя халат.
— Значит, все на самом деле так плохо, — сказала парень, но серьезности ему хватило ненадолго. — Эй, ты первая девка, которая раздевается в моем такси. Абу говорил, что и в его машине такое произошло, но я думал, он байки травит. Постой, не порть вид, — запротестовал он, когда Крис спряталась за сидением.
— Извини, — сказала Крис, натягивая через голову платье.
— Ой, начальница, так нечестно. Я рискую своей красивой молодой шеей, чтобы помочь симпатичной, хоть и неверной, девчонке, и даже не могу украдкой взглянуть.
Крис расправила платье, начала застегивать пуговицы.
— Кто сказал тебе, что в жизни есть справедливость?
Он посмотрел на нее через зеркало заднего обзора.
— По крайней мере, у тебя хорошие сиськи.
Крис не удержалась и расхохоталась. С другой стороны, если его всю жизнь окружают эти женщины в мешках, наверняка, ее груди оказались лучшим, что он мог видеть. Крис застегнула последнюю пуговицу.
— Юбка немного помялась, — сказал водитель.
Взглянув вниз, Крис вынужденно согласилась. Если бросить плащ, неряшливая форма вполне может вынудить гостиничную охрану развернуть ее и пинком под зад отправить обратно на планету. Проблема в том, что в таком наряде убедить кого-то, что твое жилище — президентский номер, почти невозможно.
Время переосмыслить ситуацию.
Прибытие к лифтовой станции отложило переосмысление. Крис порылась в кармане и вытащила из кармана трехзначную купюру и несколько монет. Парень засмеялся, отталкивая кулак с зажатыми деньгами.
— Дядя Абу предупредил, что у тебя, скорее всего, не будет денег на такси. Вот, это от него, — сказал парень, вытаскивая из кармана деньги. — На билет для путешествия по бобовому стеблю.
— Я не могу их принять, — заикаясь, сказала Крис.
— А я не собираюсь в своем такси светить твою карточку. Ни мне, ни тебе, нет нужды светиться, а тебе, к тому же, нужно вернуться на небо. Мы, арабы, принцесса, вовсе не глупцы. Но не заставляй меня думать так о твоем народе.