Дверь со скрипом подалась, открывая вид внутренних помещений со сломанными перегородками и упавшими секциями навесного потолка, увитого пучками старых проводов и лохмотьев чего-то, напоминающего изоляцию.
— Так я и думал… — протянул он, делая острожный шаг в полумрак помещения. — Тут, похоже, всё так и бросили давным-давно, даже не удосужились двери закрыть.
Игорь вошел внутрь и тут же почувствовал знакомый, резкий запах застарелого пота. Прежде чем он успел отшатнуться от темного пятна, создаваемого тенью открытой двери, что-то с глухим треском опустилось ему на затылок, и он мгновенно потерял сознание.
Глава 10
Игорь пришел в себя. Удар на этот раз оказался намного сильнее, чем тот, которым его повалил Глеб, бросив на нижних уровнях шахты. Сразу было видно, что цель ставили простую и точную — вырубить.
«Кажется, тебе погасили свет… — пронеслась в мозгу первая мысль на спортивном жаргоне из далекой юности. — Второй раз тебя ловят на этой банальной хитрости. Как ты, вообще, умудрился так подставиться? Впрочем, что это за шум?»
Инженер открыл глаза и попробовал пошевелиться. Он лежал на полу. Перед глазами плыли темные пятна, и он не сразу смог сфокусировать зрение, чтобы разглядеть окружающую обстановку. Похоже, он так и находился в коридоре того самого помещения, за дверью которого и прятался нападавший. Только значительно дальше. Судя по всему, его протащили несколько метров по коридору и бросили здесь.
Он попробовал пошевелить руками, сведенными за спину, но не смог. Острая боль тут же резанула по запястьям. Инженер пошевелил пальцами и нащупал длинный хвост пластиковой стяжки, которыми обычно опломбировали мешки с ценным имуществом или контейнеры с образцами. Сквозь пульсирующую боль в голове с трудом проталкивались мысли. Вырубить столь точным ударом по затылку и связать руки могли только люди. Любой хищный зверь попросту бы загрыз его, не слишком церемонясь.
Значит, как выяснилось, он был не таким уж единственным человеком на Дезертлэнде, даже не считая Насти.
Он слышал какую-то возню и голоса людей, но они были нечеткими, словно проходили сквозь несколько слоев ваты, запиханной в уши. Напротив него лежала телескопическая штанга «жала», а сама сумка-рюкзак с конденсаторами валялась на боку около стены. Видимо, когда он падал, она свалилась с плеча и так и осталась лежать в коридоре.
«Как-то это глупо… — быстро подумал он. — Почему нападавший не отбросил от меня оружие? Может, не понял, что это именно оно?»
В следующие несколько секунд слух Игоря значительно улучшился, и всё стало более чем очевидно.
— Вот это сиськи! Сука, как настоящие! — возбужденно хрипел какой-то неизвестный мужчина.
— А ляжки, ляжки! Ух, какая сученька! — вторил ему другой, более молодой. — А чего она молчит? Разве не должна визжать от радости, когда член видит?!
— Да наплевать, мы ее и так оприходуем… Сука, ноги свела, раздвинуть не могу. Ну-ка, держи ее лучше! Сейчас…
И хриплый деловито запыхтел от напряжения.
— Осторожней, не сломай ничего!
Глава 11
Игорь заканчивал устанавливать последнюю секцию забора-решетки на этом участке. Солнце близилось к закату, отбрасывая длинные черные тени от прутьев и столбиков самодельной конструкции на желтоватый песок, усыпанный мелкой щебенкой. Мужчина снял сварочную маску, отключил инвертор и закрыл ящик с электродами. Порыв сухого ветра коснулся его лица и тихо зашуршал струйками песка, сбегающими с навеса крыши модульной постройки.
Игорь довольно хмыкнул и, взявшись руками на толстые прутья, со всей силы подергал возведенную преграду. Прутья издали тихий скрип и не более того. От резкого движения противно заныло раненое бедро. Он невольно поморщился и подумал о том, что пора делать перевязку.
Станция «Топаз» располагалась в том месте, где могучие скалы дали пескам самый настоящий бой, отвоевав себе большой ровный участок, который тысячелетиями усыпался мелкими осколками породы и служил пристанищем для местных тушканчиков и немногочисленных растений. Именно это место и выбрали инженеры компании для застройки. Плиты посадочной площадки грузовых челноков были хорошо видны на фоне желтого песка, хотя расстояние до них превышало пару километров.
К площадке вела широкая, прокатанная в песке дорога, сохранившая признаки пребывания людей. Вдоль ее обочины Игорь находил брошенные бутылки, массивные покрышки грузовиков, всевозможные железки и обрывки упаковочных материалов.