Схватив сумку, она выбежала из бара. Вернувшись домой, она написала Наде сообщение, но спустя час не получила никакого ответа. Тогда она позвонила подруге, но оказалось, что «номер заблокирован». Самое логичное – Надя обиделась на Злату, поэтому делает вид, что не узнала ее. И всё же тяжелые предчувствия терзали девушку, поэтому она решила вернуться в этот бар на следующий день.
Злата села за стол, разыскивая Надю: вот она сидит около окна с каким-то мужчиной. Поднялась, встретилась взглядом со Златой, испуганно попятилась, наклонилась к мужчине, что-то ему прошептав. Когда Надя ушла, скрывшись на кухне, мужчина встал и целеустремленно направился к Злате.
– Привет. Злата? – поинтересовался мужчина, присев напротив.
– А что?
– Я отец Нади.
Злата замерла.
– Простите, я… приятно познакомиться.
– Зовут Валерий, и мне приятно.
– Что случилось с Надей?
Отец тяжело вздохнул:
– Она… потеряла память после аварии.
– Какой аварии?
– Ты не знаешь?
– Откуда? Мне никто ничего не сообщал.
Мужчина поставил стул поближе к Злате, понизил голос:
– Несколько лет назад она попала в аварию. Ехала на такси в аэропорт.
– Вы серьезно сейчас?
– Более чем.
И он рассказал ей о том, как с ним связались полицейские; как ему пришлось обратиться к Люсии и Николя за помощью, чтобы устроить дочь в больницу, поскольку она была нетранспортабельна, и оплачивать счета; как Надя несколько месяцев находилась в коме, а затем очнулась, вспомнив лишь похороны матери, офис, в котором она когда-то работала, и его.
– Мы вернулись, когда она пришла в норму… по сравнению с тем, что было, конечно. Она решила начать работать в баре, потому что по какой-то причине всегда мечтала работать именно в баре. И вот уже где-то год она здесь. Она рассказала мне о странной девушке, которая ее узнала; что она очень испугалась тебя.
– Как она может меня не помнить? Это какие-то мозговые нарушения?
– Мы всё проверили, но… похоже, что это чисто психологические проблемы. Если она не вспомнила, значит не хочет.
– Ну, ничего, – Злата демонстративно закатала рукава, – я помогу ей всё вспомнить.
– Не стоит этого делать, – осадил девушку Валерий. – Мы потом не успокоим ее. Видишь ли, когда начинаешь ей говорить о том, что она должна помнить, у нее начинается истерика: она закрывает руками уши, плачет, задыхается. И это действительно страшно.
Злата заметила, что Надя вышла из кухни и направляется к ним. Мгновенно девушка сообразила, что нужно сделать – показать подруге ее книги, выложенные в Интернете в свободном доступе. Злата достала телефон, набрала название и имя – легче легкого.
– Вот посмотри, – тыкала пальцем в экран Злата, – это твоя книга. Ты ее написала, ну, неужели не помнишь?
Отец не соврал ни капельки: внезапно Надя побледнела, словно вот-вот потеряет сознание, руки задрожали, а из глаз хлынул неконтролируемый поток слез. Девушка начала задыхаться, сжимая руками голову, – отец тут же посадил ее рядом, принялся гладить по спине, успокаивать. Какой-то молоденький парень-официант подбежал к Наде со стаканом воды: видимо, такое случалось уже не в первый раз.
Злате ничего не оставалось, кроме как с ужасом наблюдать за всем этим.
– Простите, – наконец произнесла Надя, успокоившись, – я в порядке, в порядке. Вам чего-нибудь принести?
– Нет, я уже пойду, – сообщил отец.
– Нет, ничего, – прошептала Злата.
Девушка остановила Валерия в дверях.
– Позвольте… позвольте мне ее забрать, – умоляюще произнесла Злата. – Я уезжаю через несколько дней за границу, я там живу и работаю, у меня большая квартира. Я… я найду специалистов, мы сможем ей помочь. Там другой уровень жизни, ей будет лучше там…
Злата боялась, что он будет сопротивляться, но мужчина лишь смотрел на нее долгим и понимающим взглядом:
– Я не стану ее держать, если она захочет. Но тебе придется постараться.